Прогуливаясь зимним вечером по одной из улиц в уральском городе Нижние Серги, можно увидеть такую картину: сквозь метель тёплым светом маячит большое окно, а за ним вокруг громадного самовара под любящими и мудрыми взглядами родителей гуртятся дети. Это ужинает семья отца Максима и матушки Натальи Крыловых.
Многодетное семейство уважаемо и любимо не только в Нижних Сергах, где отец Максим является настоятелем храма, а Наталья преподаёт в воскресной школе. Их знают далеко за пределами Свердловской области и, более того, России. Но обо всём по порядку.
Женились, а дальше, как жить?
В первых главах любви Максима и Натальи нет особого драматизма или киношной романтики: вместе учились на теологов, приятельствовали, к концу университета разглядели друг в друге нечто большее, так и поженились.
«Тогда теологов учили, но никто не знал, что с ними потом делать, кем они могут работать. Большинство одногруппников разбежались кто куда, не по специальности. Морально я ещё не был готов становиться священником, думал об аспирантуре, нужно было как-то определяться в жизни. Образование получили, женились, а что дальше делать?», – вспоминает отец Максим.
После свадьбы молодая чета переехала в Сергиев Посад – там Максим Крылов родился, – на целый год вчерашние студенты поселились в Троицко-Сергиевой Лавре. Пока Наталья работала в гостинице, Максим – на проходной монастыря. Хотелось связать свою жизнь с церковью, но как именно? За наставлением молодой теолог решил обратиться к старцу – хоть и относился к ним в силу возраста скептически. Однако старец Наум действительно помог Максиму найти свой путь – обстоятельными беседами, знакомством с мамой будущего священника, одобрением.
Уже в ожидании первенца молодая семья вернулась на Урал, где владыка Викентий рукоположил Максима во дьяконы, а через два года уже владыка Кирилл возвёл его в «статус» священника. Наталье не оставалось ничего, кроме как приспособиться к роли матушки.
«Конечно я тогда не знала, что меня ждёт, не была готова. Более того, меня все отговаривали! Быть матушкой – быть вдовой при живом муже, это правильно говорят. Во время обряда рукоположения мужчина снимает обручальное кольцо, с этого момента его жизнь посвящена служению. Но я всегда была уверена, что буду женой священника или военного – чувствовала с юности. Мне нравится ощущать себя под защитой мужа и Бога», – рассказывает Наталья.
Отца Максима вскоре ждали свои испытания: восстановление заброшенного храма в Нижних Сергах.
Приход во имя Воздвижения Креста Господня был в таком запущенном состоянии, что работы по его реставрации занимали всё время. Пришлось не просто искать благотворителей, но и вникать в сложные архитектурные вопросы, подбирать специалистов, готовых взяться за экспертизу сложного объекта. При этом не забывать о нуждах паствы, и продолжать отвечать за разрастающуюся семью. Это время сопровождалось кризисом в отношениях. И Максим, и Наталья не скрывают – были моменты, когда казалось, что семья на грани развода. Но и удивительным это не считают: «Мы ведь живые люди, всякое бывает».
«В самом начале у нас даже был список тем, которые мы не обсуждаем, иначе поубиваем друг друга. И до сих пор мы в жёстких контрах по многим вопросам от политики до догматики» – улыбается Наталья. Крыловы-старшие и правда очень разные: батюшка спокоен, твёрд и рассудителен, но будто прячет в бороде добрые смешинки, а матушка – фонтан энергии, эмоций и идей, но с преисполненным мудрости стержнем внутри.
Однако базовые морально-нравственные установки супруги исповедуют одинаковые. Например, брак – это не то, что можно выбросить, если отношения «прохудились», или обменять, будто вещь не по размеру из маркетплейса. Над ними нужно работать, прикладывать усилия, «чинить» и «латать», тогда и прослужат они долго и надёжно.
«В отношениях никогда не бывает, чтобы кто-то один был всегда прав. Я вообще человек очень гордый и своенравный. Я отстаиваю свои позиции, кричу. Он иногда терпит, иногда нет. Иногда я понимаю, спустя время, что он прав. Конфликтовать – это нормально для живых людей, в конце концов, в споре рождается истина», – уверена Наталья.
«Мы просто вместе идем в одну сторону. Нельзя сказать, что я веду Наталью куда-то, или она меня толкает. Да, семейная жизнь – это радость, но не всегда. Кризис неминуем, и от тебя зависит, готов ли ты пройти его с этим человеком. Мне благодать священства помогает преодолеть сложные моменты», – поясняет отец Максим.
Настоятель храма – не единственная занятость отца Максима. Он также входит в общественную палату и в общественный совет при управлении МВД Нижнесергинского района. И среди всех забот и груза ответственности батюшка умудряется найти время и мужество, чтобы отправляться в регулярные командировки в зону специальной военной операции – духовно поддержать солдат.
Первая поездка стала для семьи серьёзным испытанием. Священник был непреклонен в своём решении, а матушке пришлось принять ситуацию, несмотря на беспокойство за мужа, за будущее семьи. Наталья не скрывает, что было очень страшно – даже отказалась помогать супругу со сборами, чтобы в случае трагического исхода не ощущать на руках причастность к беде.
Не утонуть в тревоге помогли, конечно, дети. Нужно было держать себя в руках, улыбаться кровиночкам, вселять них уверенность, что всё хорошо. Но любые действия казались механическими, будто в анабиозе. И всё же в её голосе звучит неподдельная гордость.
«Я не боюсь, что матушка останется одна, я боюсь, что дети останутся без моего воспитания. Потому что отец – это тот, кто отвечает за то, какими вырастут дети. Но и перестать ездить в такие командировки я не могу: я жив, здоров, молод, а жизнь даётся не для того, чтобы всю её провести у матушки под юбкой», – такова философия отца Максима.
«Папа – уважаемый человек, а мама – кто?»
Прекрасно, когда дети дают родителям лишнюю мотивацию жить, но бывает и так, что женщина будто растворяется на пути материнства, настолько посвящая себя потомству, что теряет саму себя. Что-то похожее пережила Наталья, родив первенца Иосифа. Первые шаги в родительстве напоминали одержимость: женщина признаётся, что сын был настолько залюблен, что она не подпускала к нему даже близких семьи. Рождению второго малыша – Маши – Иосиф был несказанно рад, потому что материнский фокус внимания наконец-то немного сместился.
Собственный опыт привёл женщину к выводу, что быть с утра до ночи полностью отданной детям на самом деле – зло.
«Личность воспитывает личность. Если у тебя нет личности, кого ты воспитаешь? Папа – личность, у него есть пространство, у него есть храм, он уважаемый человек. Дети смотрят на него и видят сильного, смелого отца, который защитит, который всегда придет, решит любую проблему. А мама кто?» – рассуждает Наталья.
Удивительно, но свободу получилось обрести ей с рождением уже третьего ребёнка. Даже когда детей было двое, они перетягивали всё внимание на себя, а с приходом в семью Симеона всё как-то встало на свои места. Сформировалась органичная структура семьи, где у каждого своя роль, появилось пространство для размышлений о своём месте не только в жизни детей и мужа, но и для себя самой.
Однажды Маша попросила маму добыть ей игрушечного крокодила – из случайного лоскута ткани получился очаровательный зверёк. Потом также «родился» заяц. Волею случая косой приглянулся приятельнице. Постепенно слухи о текстильных питомцах разнеслись по сарафанному радио, и на Наталью посыпались заказы. Окунуться с головой в шитьё зайцев, медведей и длинноногих девиц-тильд оказалось легко – с ниткой и иголкой Наталья знакома с детства. Однажды сшила игрушку на школьный конкурс, а её украли с выставки, но маленькую Наташу это только вдохновило: стащили только мою, значит, понравилась! В вузе девушка создавала кукол для студенческого театра. И всё же оставался незакрытый гештальт – руки просили лепить из глины.
«Никогда не умела хорошо рисовать, но наощупь могла сказать, подходит ли эта глина для лепки. Иногда мне даже снилось, как я разминаю массу в руках».
Следующий этап творческого развития совпал с нелёгкой беременностью Саввой. Наталью «положили на сохранение» и прописали постельный режим. Бездействие для матушки стало сущим наказанием, поэтому он ринулась на просторы глобальной сети в поисках вдохновения. Так наткнулась на курсы по лепке.
«Первую куклу я лепила лёжа, а из инструментов у меня были пилка для ногтей, зубочистка и пластиковый ножик из детского набора пластилина. Я слепила куклу и пропала. Я поняла, что могу, и меня уже не остановить», – с горящими глазами рассказывает Наталья.
Семья поддержала мастерицу. Отец Максим, правда, сначала был настроен скептически: мол, несерьёзно, баловство какое-то. Однако, увидев, какие плоды приносит матушкино хобби, и как сама Наталья расцветает за рукоделием, оттаял. Дети же с радостью позируют, помогают создавать и даже проводить испытания игрушек на прочность. За последнее ответственной назначили самую младшую – Нину. Впрочем, многие кукольные девочки ещё и переняли у неё очаровательные черты лица.
Теперь матушка – мастер по созданию авторских кукол, самый настоящий художник-кукольник. Вместе с учениками воскресной школы они создали рождественский вертеп, и каждый год показывают дивный спектакль под настоящие колядки. А в декабре прошлого года Наталья Крылова возила своих кукол на выставку в Китай, доказав, что и международный уровень ей по силам.
«Когда у тебя есть творчество, куклы, воскресная школа, и ты можешь сказать "я могу даже в Шанхай поехать", ты понимаешь, что не только "в кастрюли" умеешь – это дает простор голове. И дети понимают, что не ты одна все должна делать».
Печь топить умеют с пелёнок
Задумываясь, каким количеством дел занимаются старшие Крыловы, поражаешься, как им хватает времени на дом и детей. И это при отсутствии постоянной помощи бабушек-дедушек, так как родные живут далеко и ещё достаточно молоды – все работают. Зато семейство получает помощь и поддержку от прихожан: город маленький, семью Крыловых знают и ценят, поэтому и за детьми могут приглядеть, и по хозяйству подсобить. Кроме того, детвора всегда может прийти в храм – даже если родители заняты, они точно будут в тепле и безопасности.
Крыловы живут в своём доме, который смогли себе позволить благодаря материнскому капиталу. Просторная кухня, настоящая русская печь и две комнаты, буквально инкрустированные детскими рисунками и семейными фотографиями – шутя зовут своё семейное гнездо усадьбой. Есть здесь и сладко спящий на детской кровати кот, и чаепития у самовара, и дружная гурьба детей – под крылом у любящих родителей и Бога.
Может показаться удивительным для традиционной патриархальной семьи, но Крыловы уделяют внимание каждому ребёнку соответственно его увлечениям и наклонностям. Например, Маша и Симеон регулярно ездят в Екатеринбург на занятия в школе архитектурно-художественного творчества при Архитектурной академии, потому что сызмальства проявляли интерес к изобразительному искусству. Они даже помогают маме создавать кукол: Маша сама лепит – например, ужасно характерную Смерть для вертепа, а Симеон, обладая художественным чутьём, подсказывает, какие ткани подойдут для нарядов. Косвенно вовлечены в творческий процесс и младшие: Нина стала прообразом многих озорных девчонок из коллекции Натальи, а Савва благородно предоставляет свои чудные уши в качестве референса для материнских творческих идей.
Старший сын Иосиф – тоже творческий человек, но его больше интересует вокал. Он мечтает развивать этот навык параллельно с продвижением по «военной службе» – несколько лет назад он выпорхнул из семейного гнезда в Суворовское военное училище.
Это стало неожиданностью для Натальи и ещё одним поводом для гордости Максима. Родители, как могли, отговаривали ребёнка от такого серьёзного шага, но настойчивый первенец добился своего. Иосиф признаёт, что учиться непросто, но со смешком добавляет, что в училище бывает даже тише и спокойнее, чем дома.
«Думаю, он сбежал от моей гиперопеки. Тогда мне казалось, что мир перевернулся», – признаётся Наталья.
Тем не менее, Иосиф остаётся верен семье – ежедневно созванивается с ними и приезжает на выходные. До училища он был главным помощником матери в быту, сейчас эта ответственность легла на плечи Маши и Симеона. Последний, кстати, в свои девять лет невероятно ловко управляется и с печью, и с уборкой снега, так что даже во время командировок отца Максима, Наталья чувствует себя уверенно в быту.
Наталья сама выросла в частном доме, поэтому умеет обращаться с печью, и отец Максим уверен, что жизнь в доме – это «уметь топить печь», так что все дети в семье умеют это делать.
К будущему детей Крыловы подходят философски, потому что исповедуют такой подход: воспитание детей – это путь. Родители не загадывают, какими вырастут их дети, не строят конкретных планов на их образование или карьеру. Более того, отец Максим признался, что многодетность не была целью при создании семьи: «Дети просто рождаются каждые три года».
«И я не думаю, что мы делаем что-то выдающееся, мы ведь просто обычно живем. Дети рождаются, растут, мы не совершаем ничего героического», – отмечает батюшка.
А вот Наталья с детства мечтала родить шестерых детей! Мечты должны сбываться, ведь, как говорится, дальше – больше. Побывав в гостях у Крыловых, понимаешь, что значит дом – полная чаша.