aif.ru counter
123

Новый директор Свердловского театра драмы Алексей Бадаев рассказал о своих планах

Екатеринбург, 8 июля, АиФ-Урал. Алексей Бадаев рассказал, почему согласился на эту должность, какие перемены ждут учреждение в ближайшее время, зачем в театр приедут эксперты из Германии и о мечтах когда-нибудь поставить спектакль.

И классика, и современность

– Алексей Феликсович, что все-таки послужило толчком к принятию положительного решения касательно должности директора Драмы?

– Я с удовольствием согласился на предложение занять это место, поскольку мне и образование позволяет, и это совпадает с моим личным желанием. Театр драмы всегда и в любом городе – главный театр, поэтому интересно, конечно, заняться политикой театра, интересно добиваться того, чтобы театр оценили на разных уровнях. В общем, это такая проверка и коллектива, и себя.

– Когда до вас дошла новость о назначении на пост руководителя театра, наверняка тут же в вашем сознании забурлили потоки мыслей, относящихся к новой деятельности?

– Поток идей был связан прежде всего с творческим направлением, поскольку в нашем театре нет главного режиссера и последний опыт, на мой взгляд, был достаточно плачевным. Это история, когда приглашенный режиссер совмещал должность в Петербургской музкомедии и у нас. Вообще, в наше время многие директора в нынешнем положении (я бы даже сказал – большинство директоров) вынуждены работать по западному принципу. Они сами формируют всю политику учреждения, включая репертуарную, сами находят режиссеров, формируют команды.

Я понимал, что окажусь в данных условиях, и основные мысли, конечно, были связаны с тем, кого из драматургов мы можем привлечь, кого из режиссеров. Думаю, что постепенно у нас все сложится, мы будем «выстреливать» какими-то интересными названиями – это будут и классические вещи, и современные пьесы, которые, как мне кажется, отвечают на вопросы сегодняшнего дня или задают их.

– На роль главного режиссера вы предполагаете найти кого-то из местных деятелей или вам импонируют столичные специалисты театральной сферы?

– Этот поиск мы будем вести вместе со всем коллективом. Это должен быть человек, при общении с которым мы поймем, что прежде всего у него есть общий язык с труппой, а потом уже со мной, и тогда мы этому человеку будем что-то предлагать. У нас с министром культуры области уже был разговор, в ходе которого Павел Владимирович не возражал, если мы возьмемся искать этого человека среди людей молодых. Раньше это было не принято – такой профессионал должен был достичь определенного возраста, ну хотя бы сорока лет; но тогда считалось, что он молодой и так далее. А я думаю, что сейчас мы располагаем массой талантливых выпускников, которые заканчивают учебу по всей стране и вышли из-под крыла знаковых в мире театра наставников. Мы, скорее всего, пойдем путем известным, отнюдь не новым – это проведение ряда режиссерских лабораторий, в рамках которых будут рождаться спектакли, и вот тут мы сможем нащупать того человека, которому будет интересно работать с нами, а нам будет комфортно и интересно с ним.

Социальная политика

– В плане творческого развития все более-менее понятно, а с какой стороны возьметесь за социальный аспект и что из ранее начатого станете продолжать?

– Что касается вопроса социальной политики, тут я как раз поддержу все начинания моего предшественника, Юрия Владимировича Махлина. Им в этом направлении было сделано множество наработок, которые применялись и применяются в Драме. Сейчас я просматриваю немалое количество договоров на съем жилья, заключенных в театре, активно вместе с министерством прорабатываем вопрос строительства общежития гостиничного типа для сотрудников театра. Есть определенная система поддержки молодых родителей, поддержки пенсионеров и так далее. Безусловно, ничего из этого мы убирать не будем, а что касается дальнейших планов, то прежде всего нужно разобраться с финансами. Думаю, что мы – с обещанной помощью министерства, конечно, – какие-то социальные вещи будем только продолжать наращивать.

– Наверно, в этом плане вам очень пригодится ваш опыт работы министром культуры. Кому, как не вам, знать обо всех нюансах работы этого органа!

– Безусловно, опыт этот будет полезен! Более того, он в чем-то бесценен. Например, сейчас есть определенные областные программы по участию молодых специалистов в ипотеке, и у нас большое количество артистов, например Уральского хора, этим проектом воспользовались. В Театре драмы актеры, которые нуждаются в жилье не меньше, как-то остались от программы в стороне, поэтому понятно, что, зная определенные вещи, я смогу что-то им подсказать.

– Все-таки в каком состоянии вам достался театр? И с финансовой точки зрения, и с точки зрения обустройства.

– Конечно, работы много: начиная с текущей крыши и какого-то ремонта внутренних помещений, совершенно необходимого, до усовершенствования машинерии, света, звука и прочего, прочего. Не так давно меня провели по Большому театру, по колосникам, по сцене – нашей самой затратной стройке. Там я общался с представителями немецких фирм, которые поставляли туда все оборудование. Прекрасно понимая, что таких денег у нашего театра не будет никогда, я с этой позиции с ними и разговаривал – а есть ли у них какие-то эконом-варианты. Все эти люди – мы их пригласили к нам – согласились помочь совершенно бесплатно, более того – они прилетят за свой счет, чтобы дать необходимые рекомендации. Они оформят для нас коммерческое предложение, и мы уже вместе с министерством культуры будем решать, когда и что мы сможем сделать. Надеемся, хоть понемногу, но какая-то модернизация учреждения идти будет. В субботу нас уже посетил директор по маркетингу фирмы «Ваагнер-Биро Стейдж Системз» со специалистом, ждем первых результатов.

О мыслях самому поставить спектакль

– Вы преподаете, в том числе и историю зарубежного театра, наверняка следите и за современностью. Позаимствовали бы что-то у коллег из-за границы, что-то из их театрального опыта?

– Знаете, нас очень сложно сравнивать с зарубежными коллегами, ведь репертуарного театра в мире, кроме как у нас, нигде нет в принципе. Например, у нас сейчас в перечне 27 спектаклей, а там четкая совершенно система: если ставится драматическое произведение, то указываются сроки, например с 10 февраля по 15 мая, и каким бы успешным проект ни был, его через три месяца снимают, и в случае огромной популярности он переходит в коммерческий театр или закрывается в принципе. Единственное, что мы можем, решившись на какие-то масштабные, глобальные, затратные постановки, которые окажутся успешными, – это перенять некоторый театральный ход. Например, вышеупомянутые спектакли будут идти неделю подряд, и только после этого снова будет запускаться основной репертуар. Хотя подобные эксперименты в России показывают не очень большую состоятельность.

– Вы себя кем больше чувствуете – только управленцем или человеком, готовым в какой-то мере и в творческий процесс труппы вмешаться?

– Это вообще последнее дело – управленцу вмешиваться в создание спектакля. Как это можно представить? Я приду к режиссеру и скажу: «Мне не нравится»? Конечно, иногда хочется – видишь постановку вот так, видишь ее сяк, но я свои творческие амбиции реализую больше в институте. Может быть, когда-нибудь я дозрею до того, что попытаюсь сам какой-нибудь спектакль поставить, но думаю, что это будет не скоро. Опять же говорю: у меня нет режиссерского образования, и если я когда-то решусь на такое – должны быть какие-то очень веские причины.

– Если у вас в голове бродят подобные мысли, то и пьесы, наверно, есть, на которые вы могли бы положить глаз?

– Нет, пока такого нет. Просто иногда, когда читаешь какую-то пьесу, думаешь: «Ну как так?! Почему за нее не берутся? А вдруг у меня бы получилось?» – но понимаешь, что «у меня бы получилось» – это исключительно мечта, которая ничем не подкреплена. Надо здраво оценивать свои возможности.

– Тогда такой вопрос: из последнего прочитанного среди пьес что вас зацепило таким образом?

– Есть блистательная пьеса Эдварда Олби, одного из лучших американских драматургов, которая называется просто «Дома» или «Домашние радости». Она является первой частью одной из самых знаменитых его пьес «Случай в зоопарке». Мне жаль, что эта пьеса написана почти десять лет назад, а русский театр никак не приближался к ней, не освоил, – я просто не понимаю, в силу каких причин. Мне кажется, что это было бы достаточно интересно. Эта пьеса посвящена взаимоотношениям в семье. Там два героя, муж и жена, которые общаются утром воскресного дня, за пару часов до того, как мужчине предстоит совершить убийство в парке, о котором он еще не подозревает. Это вещи вневременные: мужчина и женщина, отношения в семье. Привлекают те вещи, которые действительно находятся вне времени.

Смотрите также:

Оставить комментарий (1)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество