aif.ru counter
442

Археолог Бронислава Овчинникова: «Люди разучились говорить - очень жаль»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 27. «АиФ-Урал» 02/07/2014
из личного архива Брониславы Овчинниковой

О том, чем живут археологи и с какими трудностями сталкиваются сегодня студенты и молодые учёные, – наша беседа с археологом, профессором и преподавателем Института гуманитарных наук и искусств УрФУ Брониславой Овчинниковой.

Романтики-трудяги

Кристина Шабунина, АиФ-Урал: Археология – удел немногих. Что это – призвание души?

Бронислава Овчинникова: У кого-то интерес формируется ещё в детстве, но лично у меня – после школы. С детства я увлекалась геологией, но, когда не удалось поступить в Горный институт с первого раза, пошла работать на завод – отработала два года котролёром в литейном цехе на авиационном заводе. Тогда же один из активистов комсомольской организации сказал мне: «Да что ты со своей геологией, в УрГУ такая интересная специальность – археология». Я впервые обратила на неё внимание, готовилась и поступала теперь уже на желанный факультет целенаправленно.

К сожалению, в школах сегодня очень мало внимания уделяют археологии как науке. И представление у ребят очень радужное: приехал, покопал, почистил что-то там – и всё. На деле же это очень кропотливый и тяжёлый труд. На историческом факультете УрФУ археология – одна из немногих специальностей, которая заставляет трудиться. Для руководителя это большая ответственность: в университете мы можем работать по 12 часов в сутки, а на учебной практике на раскопках – все 24.

Археолог, на мой взгляд, – это такое сочетание романтика, энтузиаста своего дела и трудяги. Очень интересно наблюдать следующую картину: ребятишки порой поступают совершенно домашние и вдруг на раскопках попадают в полевые условия. Жизни, как известно, не научишь, но во время практики студенты действительно пытаются состояться как личности.

– Бронислава Борисовна, вы упомянули, что сразу после школы отработали два года на заводе. Тогда молодые люди не боялись труда и рабочих специальностей, а сегодня хотят всего и сразу: высоких должностей и больших зарплат. Амбиции оправданные?

– У молодых людей появился ещё и некий инфантилизм. Даже если посмотреть на фотографии, то насколько взрослее выглядели студенты прошлых лет, и какие они сегодня – дети и дети! Печально, что их сегодня больше заботит проблема заработка. Но при этом человек не понимает, зачем они ему и что ему вообще в жизни нужно. Многие поступают в ВУЗ неосознанно и впоследствии разочаровываются либо идут туда, куда советуют родители, или за компанию с друзьями.

Иногда меня спрашивают выпускники: «Ну, как новые студенты?». Обычно отвечаю: «Да такие же, как вы в ваши 18-20 лет». Но вот года три тому назад поколение поменялось. В чём? У студентов появилась некая меркантильность, желание уклониться от труда. Я сообщаю ребятам – поедем на экскурсионно-музейную практику и поработаем на раскопках. Подходят ко мне студенты и говорят: «Если бы не работать, я бы с удовольствием поехал посмотреть ...». К счастью, всё-таки большая часть студентов-историков ещё не лишены романтики и работают с удовольствием.

Разучились говорить

– На преподавателей – школьных и вузовских – сегодня обрушивается целая лавина реформ. С какими трудностями сталкиваетесь?

– Мы только-только привыкаем к ним. Этот этап пройдёт, но сейчас, я бы сказала, мы находимся в переходном периоде. К сожалению, приходится заполнять столько всяких, на мой взгляд, ненужных бумаг, которые просто мешают нашей основной работе – качественной подготовке к лекциям. То же самое мы встречаем и в школах. Плюс ответственность, которая накладывается на бедных учителей буквально во всём!

Еще одна проблема – в подготовке молодых преподавателей. Мои аспиранты – очень талантливые, очень способные ребята, и какова их судьба? Нам говорят – существуют гранты, вот пусть выигрывают. С одной стороны, это очень хорошо, это дополнительный заработок. Но на это время молодому учёному необходимо полностью погрузиться в научную работу по теме и постоянно писать отчёты. А подготовка к лекциям, к семинарским? Выходит, мы воруем у молодого преподавателя время, которое он мог бы потратить на подготовку к работе со студенческой аудиторией. А выбрать что-то одно он не может, ему же надо на что-то жить! Такая вот проблема.

– Нередко слышишь критические отзывы о ЕГЭ – дескать, упрощают жизнь выпускникам, отучают их думать и рассуждать.

– Мне сложно оценивать ЕГЭ, поскольку я не знаю школьной системы и воспринимаю ребят такими, какими они пришли в университет. Другое дело – студенты перестали говорить, и это ужасно. На экзаменах, когда человек садится ко мне отвечать, я нередко говорю: «Вы забудьте, что я профессор, преподаватель. Вы рассуждайте, говорите, пусть даже и ошибётесь!». Я могу понять, когда экзамен сдают аспиранты из Венгрии, Турции, Туркменистана. Но когда русский студент двух слов связать не может… И это не единичный случай. Очень жаль – настолько обеднённая речь!

С птичьего полёта

– Не могу не спросить об облике современного Екатеринбурга. Многие жалуются, что новые застройки уничтожают лицо города.

– Я не могу так сказать. Я сама коренная свердловчанка и всегда иду и радуюсь тому, как изменился мой родной город. Конечно же, когда дело касается сноса памятников, я и сама могу встать на их защиту. Я очень переживала, когда разрушили «Пассаж». Ту часть старинных построек, которую можно гармонично вписать в современный облик, необходимо сохранить. Но при этом тот же «Высоцкий» я восприняла совершенно нормально: наконец-то появилось здание, где можно с птичьего полёта увидеть весь Екатеринбург. Я могу приводить туда своих друзей, гостей и говорить: «Вот какой у меня вечерний город красивый». И всем очень нравится!

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах