aif.ru counter
236

Анна Пастухова: «Маски скорби» Неизвестного должны стоять в центре города

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 43. «АиФ-Урал» 26/10/2016
из архива уральской группы «Мемориал» / «АиФ-Урал»

Чем гордиться?

Кристина Шабунина, «АиФ-Урал»: Анна Яковлевна, что скажете – вспоминаем ли мы, живущие ныне, о репрессированных чаще чем раз в год?

Анна Пастухова: От нас эта тема не уходит никуда. Следующий год – это годовщина послереволюционного террора 1917 года и годовщина большого террора 1937 года. Мы готовим ряд мероприятий, чтобы эти даты были осознанно восприняты людьми. Что касается 30 октября, то на этот день запланировано сразу несколько акций, а вечером активисты «Мемориала» будут читать имена погибших и совершат традиционное шествие с огоньками памяти к зданию на Ленина, 17.

Когда мы стояли там 5 марта, была жуткая пурга: мы держали в руках не свечи – их бы задуло, а маленькие фонарики. Получилась очень трогательная фотография. Где-то во Франции её увидел режиссёр Мишель Нейру, который был так тронут, что решил снять фильм – о том, как в России сохраняют память о репрессиях. Свою картину он назвал «Братство светлячков» и, когда приезжал сюда летом, сказал замечательные слова: «Большие люди, находящиеся сегодня в свете прожекторов, навязывают нам свое видение прошлого. Другие люди, те, что в тени, открывают нам правду о том, что происходило на самом деле. Их память освещает прошлое и создает будущее России. Они – светлячки в своем братстве».

– Ещё одна непростая тема – установка «Маски скорби» по проекту нашего земляка Эрнста Неизвестного. В этом году выдающегося скульптора не стало. Сдвинулось ли дело с мёртвой точки?

– Это очень важная проблема, которая с нами вот уже 27 лет. С горечью могу сказать, что дело опять застопорилось – за последний год никакого движения не было. Мы съездили к уральскому литейщику Ивану Дубровину, который за свои средства уже отреставрировал и взялся отлить маски. К весне они будут готовы. Мы хотим, чтобы отлитая скульптура стояла в центре города, была предъявлена, наконец, людям.

Идея установки большого памятника также остаётся. Ведь это образ, созданный Неизвестным специально для нас. В своё время Эрнст и место выбрал – аллею за Дворцом молодёжи. Пусть люди видят, гордятся, вспоминают – и жертв репрессий, и самого скульптора, который создал для нас замечательное, просто великое произведение.

Зачем помнить?

– Анна Яковлевна, несколько лет назад вы говорили про «эпидемию амнезии общества». Прошло время – что-то изменилось?

– Увы, только к худшему. Память уходит из программ по истории, из телевизионных научно-популярных сюжетов. А ведь стыд и совесть нам очень нужны. Дело в том, что любая красота жизни, её светлая сторона воспринимается только в сравнении с чем-то негативным. Обращаясь к прошлому, мы обращаемся к вечным ценностям. Как правило, именно с этих вопросов я начинаю экскурсию со школьниками: «Что есть высшие ценности? Что вы цените больше всего?». Кто-то говорит – маму, семью, родных. Но ведь репрессии – это именно уничтожение семьи. Человеческая жизнь, достоинство, свобода – набор тех ценностей, утверждать которые – вспоминая о репрессиях – мы должны в дне сегодняшнем.

Почему нет фото?

– К беседе о памяти всё чаще подключаются культурные объекты. Екатеринбургский театр оперы и балета поставил оперу «Пассажирка» об ужасах Освенцима. Это нужная помощь?

– Я считаю, что, если человек не привык себя мучить конкретными историческими справками, впитывать эти темы можно через искусство.

Вот уже 18-й год продолжается школьный конкурс «Человек в истории России – XX век», и каждый год в Москве в «Мемориале» собирают по несколько тысяч исторических работ. За основу можно взять архивную справку, историю какого-то объекта – школы, дома. И, я вас уверяю, почти каждая история так или иначе уткнётся в сюжет, связанный с репрессиями.

– Выходит, дети открыты и для истории, и для нового?

– Открыты! Более того, это самые замечательные летописцы. Потому что они, открывая семейный альбом и общаясь с бабушками и прабабушками, наиболее достоверно дух эпохи передают – в отличие от сухих казённых документов. А потому мы призываем ухватить этих последних свидетелей, послушать, что они пережили в XX веке. В этом смысле для нас самые святые люди – это учителя. На них лежит огромная моральная ответственность за воспитание поколения, помнящего свою историю.

– Миссия «чтобы помнили» возложена и на проект «Последний адрес». Первые таблички в память о репрессированных появились на екатеринбургских домах в конце лета. В чём важность этого проекта?

– Все памятники, даже Мемориал жертвам политических репрессий на 12-м километре, – это места, куда специально поедут только те, кто хочет больше узнать о репрессиях или своих родных. А когда табличка с именем репрессированного висит на доме – это та память, которая вкраплена в наш повседневный фон, быт. Я сравнила это вот с чем: памятник – это артерия памяти, а таблички – капилляры памяти. Но если у каждого из нас не будет таких капилляров, мы превратимся в общество беспамятных людей и с лёгкостью откажемся от тех ценностей, которые спасительны для нас.

Пустой квадратик на табличке заменяет мне фотографию каждой жертвы репрессий. Это замечательный дизайнерский образ – пустой квадратик вместо снимка, даже когда фотография есть. Но человека-то нет! И отсутствие этого человека в жизни пусть будет маленькой инъекцией против тоталитаризма в каждом из нас.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах