Уральский боевой офицер поделился секретами армейской жизни

Накануне Дня защитника Оте­чества о сегодняшних армейских реалиях мы побеседовали с боевым офицером, воспитателем курса Суворовского училища Андрианом Махмудовым.

   

   

Армейский сончас

Алексей Заякин, «АиФ Урал»: Андриан Русланович, сегодня чуть ли не на каждом углу можно услышать, что молодёжь буквально рвётся в вооружённые силы. На ваш взгляд, горе-патриоты выдают желаемое за действительное или ребята в самом деле хотят отдать долг родине?

Андриан Махмудов: Если сравнивать с девяностыми годами, когда престиж службы в войсках был утерян по разным причинам, сейчас, конечно, наблюдается возрождение. В этом плане несколько правильных шагов сделали руководители нашего государства. У военных сегодня приличные зарплаты, такие на гражданке проблематично заработать. Сейчас в армии солдаты занимаются боевой подготовкой, а не мытьём полов. Проведена здоровая агитационная работа. Молодёжь начинает понимать, что кроме нас никто наше государство не защитит, в армии человек быстрее взрослеет, переоценивает свои жизненные установки. Отсюда и появилось в головах наших пацанов желание служить. Они понимают, что армия не так страшна, как её кое-кто пытается подать. Сейчас даже в некоторых частях сончас ввели, чтобы ребята могли восстановиться.

– В связи с такими переменами, к которым можно добавить ещё и срок службы, сокращённый до года, не превращается ли наша армия в некое подобие пионерлагеря, и если завтра война, то человек просто струсит?

– Конечно, сончас в армии для незнающего человека со стороны выглядит каким-то смешным занятием. Сегодня там ребята решают серьёзные задачи, знакомятся с новыми видами оружия и техники. Чтобы переварить всю информацию, для молодого, подрастающего организма просто необходим отдых. Если говорить о сокращении срока службы в армии, то я считаю, что года военнослужащему вполне достаточно, чтобы познать все нюансы. В конце концов, сейчас в школах сдают нормы ГТО, проходят уроки ОБЖ. Это подготовка к службе в армии, что-то типа подготовительных курсов, которые просто проходят на гражданке.

Откровенный разговор

– Как вы относитесь к мнению, что для некоторых ребят армия – это шанс не угодить за решётку?

– Раньше действительно можно было спрятать юношу от тюрьмы в армии. Сейчас такое не пройдёт. Если у человека были серьёзные проблемы с законом, то его просто не допустят до службы. А вот из так называемых мелких хулиганов армия как раз и делает людей. В военном коллективе под влиянием хороших офицеров наступают переломные моменты, меняется отношение к жизни, и часто юноша возвращается домой уже другим человеком.

   

   

– К вам в Суворовское училище приходят ещё совсем подростки с несформировавшейся психикой. Как удаётся безболезненно оторвать их от родительской опеки?

– Ребята мне порой напоминают медвежат с картины художника Шишкина «Утро в сосновом лесу». У них идёт притирка друг к другу, порой доходит до мелких разборок. Вечером по телефонам они жалуются родителям, как им плохо. Но по своей воле никто не уходит. А вот случаи отчисления бывали. Моя задача как воспитателя – не дать юноше замкнуться в своих проблемах, вывести его, если есть такая необходимость, на откровенный разговор. Доверие и умение заметить перемены в нашей профессии важное и очень ценное качество.

– И всё-таки несчастные случаи в армии, к сожалению, происходят. Это недосмотр командиров или естественный процесс? В конце концов, дорогу переходить всё равно опаснее, чем служить в войсках.

– Задача командира как раз и состоит в том, чтобы научить солдата военным премудростям. Добиться, чтобы вероятность несчастного случая была сведена к нулю. Помните случай, когда командир грудью упал на гранату, прикрыв собой солдата? На мой взгляд, здесь большая вина офицера, что он не научил человека правильно обращаться с боеприпасом. Если военнослужащий неуверен в себе, надо оттачивать его навыки, доводить до совершенства, разъяснять, а только потом выводить на полигон. В той истории военный поступил как настоящий командир, но вины с него это не снимает.

– Несколько лет назад в Суворовское училище набирали взвод девчонок. Практика была признана неудачной?

– Девчонок обучали не только военной подготовке, но и готовили по разным направлениям. Были, например, курсы кройки и шитья. В основном обучались те, кто потерял родителей. Скажу откровенно: уровень знаний у девочек серьёзно страдал, из-за чего потом возникли проблемы с поступлением в военные вузы. Пока от этой практики решено отказаться, но всё может поменяться в любой момент.

– Армия и женщина, на ваш взгляд, – это сопоставимые понятия?

– В боевой обстановке без женщин мужчине всё-таки никуда. Порой так не хватает одного тёплого, ласкового слова, чтобы расслабиться. Да просто смотреть на женщин перед боем приятно, приходит какое-то душевное успокоение. Поэтому куда мы без женщин?

– Как вы относитесь к внешней политике нашего государства, которую многие страны сегодня называют агрессивной?

– Выполнение интернационального долга никто не отменял. Если мы кому-то помогаем, то это, поверьте, не безвозмездно. Мы тоже преследуем свои цели. Я скажу, что сегодня во многих странах к русским хорошее отношение среди простых людей. Это важно, а с глобальными вопросами пусть разбираются политики.

Смотрите также:

• Главный десантник Екатеринбурга: «Без веры, без Бога и Родины жить нельзя!» →
• Как сухопутный Средний Урал помогает военно-морскому флоту →
• Опорный край: где вы, патриоты? →