Чуткость через жёсткость. Алексей Лебедев воспевал формы и цвета эмоций

Женщины и цветы, три писателя на Б и три художника на Г, музыка как цвет и цвет как музыка: всё это — источники вдохновения для екатеринбургского графика, скульптора, искусствоведа Алексея Лебедева (1938–2016 гг.). Его листы поражают откровенностью, эмоциональностью, противоречиями: строгая геометрия — как способ выйти за рамки. Новая экспозиция знакомит уральцев с жизнью, любовью и философией художника, который опередил время. Подробности — в материале «АиФ-Урал».

Андеграунд — новый тренд

1 октября в Екатеринбургском музее изобразительных искусств открылась выставка «Алексей Лебедев. Concerto Grosso». Сотни графических листов, десятилетия творческих и духовных поисков — даже дневники Лебедева открывают его бесконечную вовлечённость в искусство.

«Слово „открытие“ применимо к выставке во многих смыслах: значительную часть листов Алексея Лебедева мы сами увидели впервые. И теперь рады представить их широкой публике. Всего экспозиция насчитывает более 200 работ из разных периодов жизни и творчества художника. Как сам он не умещался в привычные рамки, так и эта выставка не уместилась в одном зале», — рассказал директор музея Никита Корытин.

Экспозиция составлена не только из листов, но и из цитат, взятых из дневников художника, которые он скрупулёзно вёл с 2000 года. Осмысливал своё отношение к произведениям Брюсова, Бажова и Бодлера, творчеству — а именно колористике — Гойи, Эль Греко, Ван Гога, музыке Синатры, Армстронга.

«Знаю, что этот проект прошёл долгий путь к реализации, и благодарю команду музея за эту работу. Искусство, которое когда-то считалось андеграундом, со временем переоценивается и становится всеобщим достоянием», — отметил министр культуры Свердловской области Илья Марков.

Никита Корытин добавил, что в последние годы фокус всеобщего внимания действительно направлен на неформальное искусство: в Екатеринбурге открылся Музей андеграунда, самым разным героям посвящаются отдельные проекты, в частности, художнику Валере Гаврилову, уральскому андеграундному объединению «Уктусская школа». Имя Алексея Лебедева тоже прочно вписано в эту летопись.

Крик души услышан

«Когда я работала над экспозицией, читала дневники художника. И нашла запись, которая вызвала мурашки. В 1997 году он писал: „Мне мерещится персональная выставка, где собрано несколько сот моих работ, отразивших так называемые периоды моего творчества. Мечты, конечно, они прекрасны“. И вот она перед вами — сбывшаяся мечта Алексея Лебедева», — поделилась куратор выставки Яна Таушканова.

При жизни художника его проекты, в том числе скульптурные, тоже экспонировались. Но подобного масштаба выставок не было. Да и аудитория не всегда бывала благосклонна. Яркий представитель свердловского андеграунда, Лебедев не загадывал, будет ли понят современниками, просто вынимал образы из пылкого сердца и переносил на бумагу. Называл этот процесс почти физиологическим, ненавидел рисовать по заказу. Раньше эта откровенность многих отпугивала, но теперь скорее заставляет задуматься.

«Когда я только начинал коллекционировать графику Алексея Лебедева, я и мечтать не решался о выставке столь высокого уровня! Мне повезло встретить смелых и увлечённых единомышленников, которые помогли сохранить наследие художника. Оформлялись работы, собирались биографические сведения, создавался сайт. А самое большое наше достижение — возвращение в Россию около 300 графических листов Лебедева из Германии, куда их увезла дочь художника для продвижения в Европе. На это ушло три года, и с этого началась подготовка к выставке», — подчеркнул большой поклонник Алексея Лебедева — коллекционер Владимир Кричевский.

Между прочим, художник поставил непростую задачу перед почитателями его таланта: сам Лебедев часто бывал недоволен своими листами и порой уничтожал их. К слову, когда график в очередной раз собрал неудачные на его взгляд работы и понёс их на мусорку, там он увидел несколько лиц без определённого места жительства. Они вызвали у художника эмоции — главное топливо его вдохновения. Так начался один из самых сложных, драматичных и поистине андеграундных проектов «Екатеринбург — город бомжей».

Кроме того, Лебедев сочетал в одном произведении несколько техник: графику, авторскую технику врезки отдельных элементов и живопись, в том числе — гуашью. Недолговечность этой краски обеспечила работой реставраторов. Но теперь сохранность произведений в надёжных руках.