Примерное время чтения: 11 минут
158

«Ведьмины кольца». Уральский миколог рассказал, можно ли есть ранние грибы

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 26. «АиФ-Урал» 29/06/2022
Евгения Гаева / АиФ

Грибы не так просты, как кажется. Они, на секундочку, играют важную роль в формировании климата нашей планеты. Об этом мы беседуем с доктором биологических наук, главным научным сотрудником Института экологии растений и животных УрО РАН, профессором кафедры биоразнообразия и биоэкологии Уральского федерального университета, заслуженным деятелем науки РФ Виктором Мухиным.

Брат и сестра

Рада Боженко, АиФ-Урал: – Виктор Андреевич, в середине июня уральцы активно начали делиться в соцсетях фотографиями лукошек, наполненных грибами. Что в этом году происходит, ведь традиционно сезон сбора грибов в нашем регионе – август-сентябрь?

Виктор Мухин: – Появление грибов в это время – норма. Ещё в стародавние времена была группа грибов, которую называли «колосовики», они (подосиновики, подберёзовики, маслята и так далее) появлялись в то время, когда озимая рожь начинала формировать колосья, – это первая половина июня. Другое дело, что в это время их обычно немного. Так что появление грибов в июне, повторюсь, нормальное явление, однако в этом году удивляет их обилие. Какова причина? Сложно сказать. Возможно, в прошлом, неурожайном на грибы году они не смогли сформировать свои генеративные органы и сделали это сейчас. Тем более что погода в первой половине июня была схожа с осенней – невысокие температуры воздуха и затяжные дожди, и, возможно, грибы отреагировали на это обильным плодоношением.

– То есть, если не брать во внимание обильность грибов в этом году, они обычно появляются волнообразно?

– Да, в июне – маленькая волна, в июле грибов появляется побольше, и, конечно, самый максимум – это конец лета и начало осени.

– Ранние грибы не опасны, съедобны?

– А что с ними могло произойти? Они такие же, как и осенние. Но мы все знаем, что общая беда для Среднего Урала – загрязнение среды, прежде всего тяжёлыми металлами и другими веществами. А грибы, считается, имеют способность накапливать токсичные элементы. Впрочем, как любые организмы.

Хотя справедливости ради надо сказать, что ситуация меняется, предприятия сегодня минимизируют вредные выбросы в окружающую среду. Помню, в 70-е годы прошлого века я в районе одного крупного завода попал под лёгкий дождь и не мог понять, почему на открытых участках тела появилось что-то вроде точечных ожогов. Потом сообразил, что в воздухе был сернистый ангидрид и в сочетании с дождём образовалась серная кислота. Сегодня, конечно, такое представить себе невозможно. Но общий совет остаётся актуальным – не стоит собирать грибы (как и ягоды) вблизи промышленных предприятий, вдоль автомобильных трасс с интенсивным движением.

Вообще, «несъедобный гриб» очень широкое понятие. Это может быть гриб, имеющий неприятные вкусовые качества или неприятный запах. Это также могут быть грибы, содержащие химические соединения, которые способны влиять, к примеру, на перистальтику нашего кишечника, на процесс пищеварения. И, наконец, есть группа смертельно ядовитых грибов. Их во всём мире около 150 видов.

– Не так уж много.

– Немного. Это те грибы, употребление которых, действительно, может привести к смерти. Из них около десятка – абсолютно ядовитые грибы. Один из их представителей – бледная поганка. К счастью, сегодня медицина умеет предотвращать летальные исходы, главное – вовремя заметить симптомы (они проявляются не сразу, а спустя несколько часов) и обратиться за медицинской помощью.

– А мухомор? Помню, в детстве нам даже прикасаться к нему запрещали.

– Да, конечно, мухомор это несьедобный, ядовитый гриб! Однако, он используется в народной медицине, а у северных народов в оккультных целях – для общения с духами.
К слову, смертельно ядовитая бледная поганка – это тоже мухомор, они относятся к одному грибному роду, в котором примерно 30 видов. Это, образно говоря, брат и сестра. Кстати, один из представителей этого рода – съедобный. Это кесарев гриб, похожий на красный мухомор, но без белых точек. С античных времен он считается одним из наиболее ценных в пищевом отношении сьедобных грибов. В РФ этот гриб изредка встречается на Кавказе, в Крыму и на Дальнем Востоке – в Южном Приморье.

Скрытные организмы

– Удивительно, в одном роде есть представители абсолютно ядовитых грибов и деликатесов.

– Именно. Хотя понятие «съедобный гриб» тоже условно, оно сформировалось чисто эмпирически. Просто разные народы к грибам относились по-разному. У одних какой-то гриб считался съедобным, а у других – нет. К примеру, в Швейцарии белый гриб относят к несъедобным, а во Франции и Германии – сыроежки. То есть у каждого народа сформировалось в отношении грибов своё пищевое табу.

В России официально допущено к заготовкам и продажам около 30 видов грибов. Из них реально собирается до десяти: грузди, сыроежки, подосиновики, подберёзовики, маслята, опята, волнушки… Пальцев на руках точно хватит посчитать. И, я думаю, стоит этими хорошо известными грибами и ограничиваться. Не надо экспериментировать. Разумный человек не будет использовать в пищу то, что он не знает, в чём он не уверен.

– Вы сказали, что прошлый год был неурожайным на грибы. А от чего зависит урожайность?

– Как минимум должно быть тепло и сыро – это оптимальные условия. Но надо понимать, что у каждого гриба есть свой срок, который определяется его биологией, экологией и погодными условиями.

Надо признать, что мы плохо знаем биологию и экологию грибов. Долгое время микология была малоизвестной наукой, она и сейчас таковой остаётся. В стране работает небольшое количество профессиональных микологов, их подготовка ведётся в немногих вузах, наш университет – один из них. Кроме того, сами грибы очень сложно изучать.

– Почему?

– Дело в том, что большая часть грибного организма от нас скрыта – она в почве, в подстилке, в древесине. Это так называемый мицелий, состоящий из микроскопических нитей, которые можно увидеть только в микроскоп. Мицелий может занимать большую территорию. Есть данные, что в американских прериях, когда они ещё не были распаханы, находили «ведьмины кольца» (круги, образованные грибами. – Ред.) диаметром до километра. И, по оценкам специалистов того времени, их возраст был порядка тысячи лет.

Мицелий мы не видим, и его невозможно извлечь. Как только мы начинаем его вытаскивать, мы его нарушаем, разрушаем. Да, мы научились выделять так называемые чистые культуры – выращивать грибы в микробиологических чашках, пробирках, но это совершенно другая обстановка. Мы его извлёкли, предложили ему питательную среду с пивным суслом и … изучаем. Конечно, многое можно изучить в таких условиях, но… это слишком далеко от той естественной среды, в которой живут грибы.

Вообще, что такое плодовые тела грибов – то, что люди собственно и называют грибами? Это, образно говоря, тоже самое, что яблоко у яблони. Яблоня – это мицелий, а то, что мы называем «гриб», – яблоко. И в природе миколог может изучать только «яблоко». По нему миколог должен воссоздать биологию, экологию всего «дерева» с его корневой системой, листьями и так далее. То есть мы берём подосиновик и по нему должны понять, как живёт его мицелий. Крайне сложная научная задача! Плодовые тела, грибы в общем понимании, – это генеративные структуры, где образуются споры, с помощью которых размножаются и расселяются грибы. Они недолго существуют – в течение недели.

Вот тебе и паразит!

– Какую практическую цель имеет изучение грибов?

– Многие грибы являются паразитами растений, в том числе сельскохозяйственных. Собственно, микология, в каком-то смысле произошла от фитопатологии – науки о болезнях растений и их возбудителях. То есть человек сначала интересовался, почему растения болеют, почему гибнет урожай. И в результате вышли на то, что многие болезни вызываются грибами. Стало быть, нужно изучать возбудителей, то есть грибы. И эта задача не потеряла своей актуальности и в наши дни, скорее даже наоборот!

Фото: АиФ/ Марина Тимченко

Дальше – биоповреждения. Например, древесины. Мы знаем, что в России и во многих северных странах древесина активно используется в строительстве. Но, древесина при неблагоприятных условиях подвержена гниению, в результате чего полностью утрачивает свои химические и физические свойства. Так, если, к примеру, дом начнёт гнить, спасти его практически нельзя. Поэтому защита древесины от биоповреждений одна из важных и актуальных проблем, над которой работают микологи.

– А в гниении древесины виноваты грибы?

– Да, только они могут вызывать гниение древесины.

Ну и ещё одна практическая цель микологии... Сегодня очень модно такое направление, как микотерапия, или фунготерапия. Человек пытается лечиться не только травками, но и грибами.

– Моя бабушка делала для втирания настойку на мухоморах.

– Всё правильно, в традиционной русской, да и не только, народной медицине используют мухомор, чагу. Но особенно широко и давно в лекарственных целях грибы используются в странах Юго-Восточной Азии. Прежде всего, в Китае, Японии. А, оттуда опыт использования грибов в медицинских целях пошёл в Европу. Мои зарубежные коллеги, как из Азии, так и из Европы в настоящее время активно занимаются изучением грибов, которые можно использовать в медицине. И это направление в микологии получает все большее и большее развитие. Причём не только в плане фунготерапии. Есть грибы патогенные для человека, вызывающие опасные заболевания кожи, органов дыхания и даже головного мозга. Это малоизвестная группа заболеваний их изучение одна из задач медицинской микологии – науки, активно развивающейся, в частности, и в России.

Ну и, наконец, ещё одно (может быть, неожиданное) практическое значение микологии. Мы начали разговор с климата… С чем связывают его изменение? С накоплением в атмосфере углекислого газа. Когда этот вопрос начали изучать, открылись интересные вещи. Что такое лес? Фактически это деревянная экосистема. А что такое древесина с точки зрения биохимии? Наполовину она состоит из углерода, поглощенного древесными растениями из атмосферы и депонированного в стволах. Стволы деревьев – это крупнейший наземный резервуар углерода!

Так вот, дерево со временем погибает. Надо, чтобы оно разрушилось и накопленный углерод вернулся в атмосферу. Единственная группа организмов, которые могут разрушать древесину в современной биосфере, – это грибы. Они разрушают древесину и возвращают углерод в виде углекислого газа в атмосферу. Этот процесс сопровождается соответствующим по масштабам потреблением кислорода грибами.

Поэтому я в своих научных статьях пишу: грибы – это регуляторы газового состава атмосферы и, соответственно, климат регулирующие организмы. А, мы-то на них смотрим как на вредителей! Сейчас мы должны понять, что биологический круговорот углерода, кислорода на нашей планете протекает при самом активном участии этих организмов.

Так от простого – что можно съесть и из чего можно получить лекарства – мы вдруг выходим на биосферно значимую проблему, связанную с газовым составом атмосферы, с его регуляцией и, в конечном счете, с климатом нашей планеты. И всё это те самые грибы, которые растут в наших лесах.

Можно рассказать и о других практических целях – их множество. Не зря же XXI век называют веком микологии. Грибы являются основными объектами, которые используются в биотехнологии, на которую общество возлагает большие надежды в решении многих самых злободневных проблем современности!

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах