Овчинка выделки стоит. Как строительство завода лишило разбойника хлеба

В посёлке Новоуткинск, в береговых скалах реки Утка, есть пещера, состоящая из двух гротов, которые разделены каменной аркой. Согласно преданию, некогда здесь обитал разбойник Каурый со своей ватагой. Место для схрона было выбрано идеальное. Так бы, возможно, он и жил-поживал, добро разбоем наживал, но началось строительство завода.

С глаз долой, из сердца вон

Когда Каурый обосновался в пещере, места здесь были безлюдные – река да леса вокруг. Пещера притаилась среди скал, выход узкий и почти прямо к реке, так что с пропитанием у команды Каурого явно проблем не было, с безопасностью тоже – выкурить разбойников из их убежища не представлялось возможным. Чем они и пользовались, грабя караваны, сплавлявшиеся по Чусовой, и купцов на тракте.

Опять же микроклимат в жилище вполне сносный – в пещере до сих пор летом сохраняется прохлада, а зимой держится температура, близкая к плюсовой. Так что костёр в помощь – и живи не хочу. Каурый хотел, но в один не прекрасный для него момент на Утке началось возведение плотины и строительство завода.

Кстати, Каурый был не первым жителем пещеры. «Как-то спелеологи, исследуя пещеру, сделали соскобы, – рассказывает краевед-любитель Игорь Мамонов, – был проведён анализ, результаты которого показали, что здесь жили люди в каменном веке. Что же касается атамана разбойников, то, по одной из версий, власти привлекли его к государственной деятельности – поручили охранять местную территорию. А по другой версии, когда началось строительство Уткинского завода, Каурый ушёл отсюда в неизвестном направлении».

Решение о строительстве чугунолитейного завода на пустующей государственной земле у реки Утка было принято Берг-коллегией в 1746 году, а спустя три года доменная печь выдала первый чугун. Ещё через десять лет казённый завод был передан действительному камергеру Сергею Ягужинскому. Мягко говоря, это было не лучшее решение. Сергей Павлович был личностью неоднозначной – расточитель и гулёна. И как хозяин перспективного производства проявил себя не с лучшей стороны. Было дело, завод у него даже хотели отобрать и вернуть в казну, но по каким-то причинам всё же оставили должнику, однако он так и не смог в назначенное время выплатить за завод энную сумму государству.

А тут крестьянская война. Завод захвачен, разграблен, в общем, беда бедовая. Избавиться от тяжкой ноши Ягужинский решил просто – продал завод Савве Яковлеву, а вырученными деньгами покрыл долги. В общем, с глаз долой, из сердца вон.

Яковлев же подошёл к приобретению со всей ответственностью и быстро поднял объёмы производства. При нём на предприятии началось производство кричного железа – отменного, кстати, качества. Местные краеведы утверждают, что железом Яковлева до сих пор покрыты крыши Букингемского дворца. Почему бы, собственно, и нет?

Со временем завод здесь стали именовать «Утка Яковлева», ну чтобы никто не перепутал с другим – демидовским – заводом на реке Утка.

Оригинальная технология

«Известно, что для строительства плотины и завода сюда были присланы пятьсот человек, в их числе прибыли сотня рекрутов, – рассказывает краевед Валентина Нечкина. – Руководил же возведением плотины, в основе которой была лиственница, знаменитый Леонтий Злобин. Понятно, что одновременно возникло и поселение».

На государственной стройке использовались весьма оригинальные технологии. К примеру, в возведении дамбы принимали участие овцы. «Завозился грунт, на ночь загоняли овец, которые своими копытцами его утаптывали, – объясняет Игорь Мамонов. – Кстати, кирпич делали на месте – в логу у Туман-горы, используя залежи глины».

Постепенно посёлок разрастался, и со временем в нём наметилось социальное расслоение – левая сторона от реки Утка считалась «богатой», здесь располагались дома купцов, много лавок, конный двор, дом управляющего заводом. Впрочем, поселение и в целом было, судя по всему, не бедным – на каждый двор в среднем приходилось по две лошади. Понятно, что хозяйства крепли не просто так, а тяжёлым трудом. Даже дети принимали посильное участие в работе завода, в их обязанность входил вынос шлака – до сих пор им усыпаны берега.

Валентина Григорьевна с гордостью показывает сохранившееся историческое наследие: «Вот плотина, а это был казённый дом, а это дом купца Ряпосова, дом управляющего заводом… У нас есть что посмотреть! А ещё в Новоуткинске – так посёлок стал называться с 1933 года, но мы до сих пор его зовём Новая Утка – проживает немало потомков тех, первых, строителей завода».

Одна из этих потомков – Лидия Мошкина, которая серьёзно занимается исследованием своей родословной. «Мне удалось установить семейные корни с 1637 года, когда была первая перепись, – рассказывает Лидия Николаевна. – Знаю также, что мой прапрадед прибыл сюда из Пермской губернии вместе с рекрутами, но он был «государственный человек», занимался распределением земли под строительство. Дом моих предков был построен на Церковной улице – единственной, окружённой с трёх сторон прудом. Просто замечательное место было выбрано! Дом, кстати, сохранился до сих пор, и мы его поддерживаем, бережём».

С 1862 года владелицей Уткинского завода стала графиня Стенбок-Фермор, а после её кончины предприятие перешло наследникам. По сути же, завод так и остался «Уткой Яковлева», поскольку в девичестве графиня носила эту фамилию.

После революции новая власть национализировала предприятие, но вот что с ним делать, понятия не имела. Во всяком случае, дотянув кое-как до начала 20-х годов прошлого века, в конце концов, чугуноплавильное производство прекратили. А в 1927 году на площадях осиротевшего предприятия был открыт механический завод. Много позже, в годы Великой Отечественной войны, в Новоуткинск был эвакуирован из Ленинграда завод «Электрик», на наследии которого в мирное время был образован Новоуткинский завод электросварочных машин и аппаратов. Можно сказать, что тогда у посёлка открылось второе дыхание. Советские годы здесь вообще вспоминают с теплом – посёлок процветал, и рассказывают, что в пруд тогда даже запускали толстолобика и белого амура.

Платок, на котором петух сидел

Не так давно исполнилась мечта новоуткинских энтузиастов: в посёлке открылся свой краеведческий музей, каждый экспонат которого – свидетель истории Новой Утки. «Когда мы приехали к чиновникам с этой идеей, они фыркнули, мол, вы экспонаты не соберёте, – рассказывает Валентина Нечкина. – Не на тех напали! Мы им говорим: “Приезжайте к нам через три месяца!” Хотя, признаться, экспонатов у нас тогда было – ноль. Но мы собрали инициативную группу и пошли по домам, чердакам, подвалам… Просили людей предоставить нам старинные вещи с отдачей. Собралось тогда их множество. Нам выделили угол в клубе. В общем, доказали: нам есть, что показать, и есть, о чём рассказать. А когда нам выделили место под музей, люди всё, что давали на время, принесли нам в дар».

В знак благодарности за такую поддержку жителей посёлка все экспонаты в музее Новоуткинска именные: «Комод, 1940 год. Сохранил Агафонов Антон Александрович» (комод, к слову, производства местной мебельной фабрики), «Кровать, 1960 год. Покрывалась: несколько матрасов, ажурный подзор, покрывало украшенное, подушки около изножья и изголовья, покрытые ажурными накидками. Спинки кровати украшались занавесками. Сохранила Котова Татьяна Николаевна», «Шкаф навесной посудный, XIX-XX век. Сохранила Туринцева Марина Александровна»…

Абсолютно все экспонаты музея когда-то были в обиходе жителей Новоуткинска, в этом и заключается их главная ценность. Вот сплетённая в одном из хозяйств корзина для белья. В таких местные жители носили стиранное бельё на пруд полоскать. В любое время года. «Даже я это помню, – рассказывает Игорь Юрьевич. – В конце рабочей недели, в субботу, был банный день. Топилась баня, в первый пар шли те, кто крепко парился, – мужики, следом за ними женщины, дети, старики. А в воскресенье баня подтапливалась для постирочного дня. Женщины стирали, а парни и мужики таскали бельё на пруд. Летом бабы полоскали его с плотиков, а зимой в проруби. И я пацаном проруби рубил, воду таскал, бельё носил на пруд – наш дом как раз на берегу стоит».

«В нашем музее каждый экспонат с душой, каждый связан с историей семей, – говорит Валентина Григорьевна. – Вот ткацкий станок – я помню, как помогала за таким ткать бабушке. И половички моей семьи здесь, в экспозиции. Вот, посмотрите, в одном – мой халатик детский, а вот в этом – платок, на котором петух сидел – как-то, будучи ребёнком, я поднималась в курятник, и петух мне на голову сел. А это – мой коврик, который висел над кроваткой. Всякий раз, когда я ложилась спать, рассматривала на нём сказку. Это было любимое развлечение детей!»

Корабль веры

В 1833 году у берега пруда на средства Яковлевых был заложен каменный храм, который пятью годами позже был освящён в честь Успения Пресвятой Богородицы. В 30-е годы прошлого века его постигла, увы, обычная для церквей участь – он был закрыт, а колокольня разобрана. За годы сиротства в храме размещались и цеха заводов, и библиотека, и заводские склады. В конце 90-х годов он, в удручающем состоянии, был возвращён церкви.

Сегодня храм предстаëт во всём своём величии и красоте. А рядом рукотворное чудо, сотворённое с лёгкой руки настоятеля прихода протоирея Александра Никулина, – Богородичный сад, или Сад Богородицы.

«Всё-всё здесь – заслуга батюшки, он у нас творческая личность, – рассказывает инокиня Аглая. – Мы этот сад называем «Новое Дивеево», потому что здесь также служится Богородичное правило: «Богородице Дево, радуйся, Благодатная Марие, Господь с Тобою; благословена Ты в женах и благословен Плод чрева Твоего, яко Спаса родила еси душ наших». И так сто пятьдесят раз. Этот сад был заложен в 2003 году, когда началось восстановление храма: посадили здесь пихты, кедры, ели, разбили цветники… Сёстры церковно-монашеской общины посвящают себя уходу за садом. Всё здесь украшается и благоустраивается во славу Матери Божьей».

«Обратите внимание на башенки на стенах ограды, – говорит инокиня Аглая. – Одну венчает Георгий Победоносец, который напоминает нам, что победить дракона нужно, прежде всего, в себе. На другой – уточка. Очевидно же – почему? На третьей – ангел с трубой, символ апокалипсиса, а на четвёртой – «Корабль веры»: Господь, Матерь Божья и двенадцать апостолов. К ним нужно обращаться, чтобы пройти достойно по житейскому морю».

…Инокини в Новоуткинске с трепетом берегут Сад Богородицы, но с не меньшей теплотой жители посёлка берегут историю своей малой родины. Неспроста в одной из их любимых песен, написанной земляком Алексеем Тумаковым, есть такие слова: «Кто-то в поисках счастья посёлок покинул давно, а меня моя родина держит и не отпускает».

Больше подробностей, фото- и видеоматериалов об интересных местах родного края можно узнать на сайте «Железное кольцо Урала».


Проект реализуется при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.