Местные жители смеясь рассказывают, что туристы, собираясь в Рощу, готовятся увидеть, как по улицам ходят мужики с окладистыми бородами в подпоясанных косоворотках. И бывают несказанно удивлены, когда видят пусть и небольшое, но современное село. Хотя здесь, в Роще, действительно, многие по сей день следуют традициям старообрядцев. Может быть, не столь строго, как это делало старшее поколение, но всё же.
Край географии
Во время экскурсии по селу к нам поначалу присоединилась сытенькая, холёная коза. Следовала по пятам и мекала, будто пыталась что-то очень важное рассказать гостям. Но, столкнувшись с явным недопониманием, отстала. Хотя, может быть, ей было просто одиноко в еë особом положении.
Вообще-то коз в Роще пасут на другом берегу реки Сылвы. Через неё местные жители каждую весну ставят лавы – пешеходный мостик, чтобы гонять коз и самим ходить в леса, богатые ягодами и грибами. Глубокой осенью лавы разбирают, чтобы после ледохода поставить вновь. С одной – противобережной – стороны у мостика есть калитка. Туристы, заприметив её, недоумевают. На самом деле, всё просто – калитка мешает козам по собственному желанию возвращаться в село и пакостить там, жуя всё, что не приколочено.
Простое, как всё гениальное, решение. Здесь, в Роще, где нет дачников – «мы же край географии Свердловской области» – всё очень мудро устроено. Сказывается подход к ведению хозяйства, свойственный трудолюбивым, основательным старообрядцам, которые в своё время и основали село.
Вообще говоря, условно обжитыми эти места стали ещё во второй половине XVI века благодаря татарам, бежавшим сюда после разгрома Казанского ханства. «Старое название села – Урмы (в Рощу его переименовали в ХХ веке, уже при советской власти), что в переводе с татарского значит тёмный, непроходимый лес, – рассказывает заведующая Рощинской сельской библиотекой Маргарита Шестакова. – А после раскола русской Церкви эти уединённые места привлекли внимание гонимых старообрядцев. Имеется документальное свидетельство, что в 1738 году “в Урминских пределах” образовался скит старообрядческих обществ».
Поселение стремительно развивалось. Не столько территориально, сколько содержательно. Судите сами, было здесь всего 22 дома, и в десяти из них находились торговые лавочки. Понятно, что среди поселенцев были и плотники, и кузнецы, и печники, не было только гончаров, по той простой причине, что территория не располагала залежами жирной глины, необходимой для изготовления домашней утвари. Поэтому её приходилось каждое воскресенье покупать на базаре, который проходил в Урме, ставшей волостным селом. «Сохранились письма внука одного из зажиточных крестьян села, купца первой гильдии, в которых он писал, что в воскресный день по базарной площади пешему человеку было трудно пройти, потому что шла бойкая торговля с обозов», – рассказывает Маргарита Григорьевна. И показывает одно из самых старинных зданий, сохранившихся в селе, – «чёрный склад» второй половины XIX века.
Ничего, кстати, мистического, а тем более зловещего – чёрным его нарекли за тёмный цвет брёвен. Строили склад всем миром: все мужики, в хозяйстве которых имелась лошадь, обязаны были привезти для возведения склада определённое количество стройматериала. Строили опять же основательно, по уму, не забывая о продухах, обеспечивающих хорошую вентиляцию. В помещении – 200 квадратных метров, десять сусеков на первом этаже, десять на втором – хранился государственный, частный и страховой зерновой фонд. В случае ЧП (пожара, например) пострадавшим выделялось энное количество зерна, чтобы семья смогла вновь встать на ноги.
И сегодня он используется по назначению – здесь хранятся семена кормовых культур сообщества, объединяющего в Роще несколько ферм, то есть, по сути, «градообразующего» предприятия.
Если «углан захайлал»
Сохранилось в Роще и несколько старинных жилых домов, отличающихся четырëхскатной крышей и отсутствием каких бы то ни было украшательств – ни тебе кружевных наличников, ни расписных ставень, всё предельно просто, по-деловому. В приоритете у бывших владельцев явно были не красивости, а крепость хозяйства, обеспечивающего безбедную жизнь.
Один из самых старых домов, сохранившихся в Роще в первозданном виде, принадлежал купцу первой гильдии Василию Ефремовичу Филиппову – мужику хозяйственному, зажиточному, который, по некоторым данным, за товаром с «края географии» даже в Санкт-Петербург ездил. Понятно, что после революции он попал в поле зрения новой власти, был раскулачен, и семья была вынуждена сняться с этого места. А потом…
«Вокруг этого дома сложилась легенда, – рассказывает Маргарита Шестакова. – Вроде как после раскулачивания, по одной из версий, сам Василий Ефремович приезжал в Урмы, попросил новых хозяев пустить его в подвал, где всё перерыл. По другой версии, приезжал его сын, нашёл в подвале горшок с золотыми монетами, дал несколько новому хозяину дома и был таков. А по третьей версии, много позже раскулачивания в дом наведался внук Филиппова, который тайно пробрался на чердак, где тоже что-то искал. Якобы видела его комсомолка, проживавшая тогда в этом доме. Нашёл он на чердаке что-то или нет, история умалчивает. Но эта версия выглядит наиболее правдоподобно, во всяком случае, сохранились письма внука Василия Филиппова, в которых в 1948 году он писал, что приезжал в Урмы».
Дом, в котором в 1987 году в Роще открылся Музей истории старообрядческой культуры, тоже со времён его возведения не перестраивался. В здании, которому больше 150 лет, на втором этаже некогда располагалась волостная управа, а на первом – почта и кутузка, от которой до сих пор остались на окнах крепкие решётки. В советское время в доме размещались школа и интернат для ребятишек из окрестных деревень, которые не могли каждый день добираться до школы из-за отсутствия автобусного сообщения. После строительства нового здания школы заслуженный дом опустел и, скорее всего, обветшал бы со временем, если бы сельчане не поддержали идею создания музея, собрав всем миром его коллекцию.
«В одном из нынешних выставочных залов до недавних пор находилась старообрядческая часовня, – рассказывает директор Музея истории старообрядческой культуры села Роща Галина Арапова. – В 30-е годы прошлого века часовня была закрыта, и долгое время старообрядцы проводили свои обряды на дому у своего наставника (в селе жили и живут беспоповцы часовенного согласия). Когда же он ушёл из жизни, старообрядцы остались без места и обратились в администрацию, которая и выделила им эту комнату.
В 2021 году в Роще построили старообрядческую часовню, а у музея появился этот зал – «Горница». К слову, горница была не у каждой семьи, только у тех, кто жил в домах-пятистенках. У нас же в «Горнице» размещено несколько выставок, одна из которых, например, посвящена ткачеству – в том числе изо льна. Здесь же расшитые полотенца, орнамент на которых имеет символическое значение, коллекция самоваров и так далее».
Среди многочисленных экспонатов музея есть дивное приспособление, которое сегодня наверняка оценила бы любая хозяйка. Это швейка, которой женщины пользовались, как нетрудно догадаться, для шитья. Ткань особым образом цепляется и натягивается, благодаря чему шить очень удобно. А рядом – зыбка с верёвочной «педалькой», с помощью которой хозяйка, не отрываясь от рукоделия, покачивала младенца, если «изнабазуленный углан захайлал» (избалованный, изнеженных ребёнок заплакал. – ред.).
Молясь, подняться от земли к небу
Старообрядцы – люди строгих нравов, продиктованных верой. Скажем, в постах кержаков нет никаких поблажек. «Церковный батюшка, например, может сказать прихожанам, мол, съешьте вы, постясь, кусочек сыра, если уж так хочется, главное – друг друга не ешьте, – говорит Галина Арапова. – У старообрядцев такого быть не может. Как-то я держала строгий пост, пришла на исповедь, а наставник спрашивает: «Семья есть?» Да, отвечаю, муж и три сына. «Постовались?» Нет, отвечаю. «А кто им готовил?» Я готовила. Так вот и оказалось, что не только пост зря держала, но и нагрешила. Или вот другой пример. Жила у нас старообрядка первого креста Евдокия Ивановна, выросла она в Кедровой пустыни, среди черноризцев. Строго придерживалась веры, знала все старообрядческие обряды – к ней часто за консультацией обращались, паспорта не имела. Так вот, она запрещала внукам называть себя бабушкой, потому что сын её с женой не побрачился (не повенчался. – ред.). Но внуков любила, хотя и просила их: “Зовите меня просто Дуней”».
В рощинском музее имеется немало экспонатов, связанных с религиозными обрядами старообрядцев. Вот, например, нательные кресты – мужские, женские, детские, – на которых нет изображения Иисуса Христа и которые должны висеть на гайтане на уровне солнечного сплетения. Или вот подручник. Коврик, сшитый из двенадцати лоскутков, символизирующий двенадцать апостолов, для совершения великого земного поклона – поклоны в голый пол старообрядцами не совершаются. Здесь же лестовки, на шитьё которых требуется благословение наставника.
«Лестовка (от слова «лестница») – это, для понимания, что-то вроде чёток, только смысл в ней заложен гораздо более глубокий, – рассказывает Галина Ивановна. – Человек, молящийся по лестовке, духовно поднимается от земли к небу. В ней 103 петельки, и, если, например, назначают в наказание за грех епитимью «пять лестовок», это значит, что ты должен совершить 500 с лишним земных поклонов. Видите, в лестовку вшиты бумажки? Допустим, меня благословили пошить вам её, я обязательно зашью в лестовку Иисусову молитву и во время шитья буду за вас молиться».
Строгие правила распространяются и на сугубо бытовую жизнь старообрядцев. К примеру, если кто-то запамятовал прикрыть посуду – крышкой или даже символически ложкой, положив её сверху, – запросто может получить «теребачку за чемёр» (трёпку за волосы на макушке. – ред.). В посуду «пасью» (пастью, то есть открытую, – ред.) бес может нагадить.
Пока мы осматриваем музейные сокровища, по комнатам распространяется пленительных дух – это после мастер-класса по приготовлению особых уральских шанежек их отправили выпекаться в русскую печь. «Русская печь для семьи, для хозяйства – это сосредоточение всего, не зря же говорят «плясать от печки», – рассказывает экскурсовод Музея истории старообрядческой культуры Татьяна Вотинова. – Печь – это и обогрев, и спальное место, и кормилица. А её шесток – пространство внизу печи – место для содержания курочки зимой, чтобы она яйца не переставала нести, или поросёнка. До тех пор, пока в селе не перешли на кирпич, печи делали глинобитные, причём работали две артели мастеров, чтобы процесс был непрерывным. Это важно, в противном случае, печь пойдёт трещинами».
Перед тем как посадить шанежки в печь, Татьяна Афонасьевна показывает, как проверить, готова ли та для теста. Бросаешь щепотку муки, и, если мука воспламеняется или дымит, значит, время выпечки не пришло, скорее всего, она подгорит. А опытные хозяйки проверяли печь рукой: если ногти жар ощущают, значит опять же с выпечкой стоит немного подождать.
Знаменитые рощинские шанежки испокон веку пекли с пятью начинками: с творогом и зелёным луком, «картовные», морковные, пшённые, гороховые и «налевные» (наливные. – ред.) – со сметаной, которую загущали мукой. Тесто замешивали на жирных пенках – «одёнках», остающихся после перетапливания сливочного масла. И уже готовые шанежки обязательно должны быть уважены, то есть смазаны. Порой их даже макали в топлёное масло.
Угощать гостей музея шанежками – давняя традиция. Как-то специально для знакомства с этим блюдом в Рощу приехал итальянец – шеф-повар ресторана русской кухни. Пришёл в восторг, но заметил: «Это, конечно, не диетическое блюдо». Кто ж спорит? Но крестьянам, работавшим на земле до седьмого пота, явно было не диет. Так что пусть там приверженцы ЗОЖ говорят, что хотят, а будете в Роще – обязательно дождитесь приглашения: «Шанежки готовы, айдати исть!»
…А ещё в Рощинском музее есть волшебное зеркало, снимающее обет безбрачия. Как-то к Ночи музеев к разным экспонатам здесь были прикреплены сопроводительные записки, наделяющие предметы особыми смыслами. После акции их сняли, а с зеркала по забывчивости нет. Слава о чудодейственной его силе распространилась сначала по Шалинскому району, а после и по всей области. И стали в Рощу девушки приезжать с вопросом: «А где то зеркало, чтоб замуж выйти?» И, говорят, оно работает.
Больше подробностей, фото- и видеоматериалов об интересных местах родного края можно узнать на сайте «Железное кольцо Урала».
Проект реализуется при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
