aif.ru counter
24.09.2019 14:55
181

Война и мир. Почему опрос по храму святой Екатерины потерял смысл?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 38. «АиФ-Урал» 18/09/2019
Ирина Демехина / «АиФ-Урал»

Екатеринбург со дня основания был городом противоборства самых разнообразных интересов. Нынешний год не стал исключением: инциденты, происходящие в городе и регионе, неоднократно привлекали внимание федеральных властей, а столицу Урала окрестили «городом бесов». О причинах и следствиях постоянных конфликтов мы побеседовали с человеком, который хорошо знаком с политической и административной кухней столицы Урала, предпринимателем и общественником Ильёй Борзенковым.

Много шума из ничего

Алексей Смирнов, «АиФ-Урал»: Илья Александрович, Екатеринбург – конфликтный город?

Илья Борзенков: Да, но лично я не вижу в этом ничего плохого. В столице Урала живут люди с разными политическими взглядами, разного вероисповедания и социального статуса. Естественно, что между ними должны быть конфликты интересов. Другой вопрос, как эти конфликты проявляются и как горожане их решают. Сами по себе конфликты – неотъемлемое условие эволюции. Если их нет и все всем довольны, наступает застой. Конкуренция в экономике, выборы в политике – всё это примеры позитивного противоборства. Екатеринбург как думающий, умный, образованный мегаполис должен находиться в конфликтах постоянно, и это хорошо для его развития.

– Нет ощущения, что у нас социальные конфликты слишком часто переходят в политическую сферу?

– Боюсь, что наоборот: нам в городе не хватает политики. Более того, политика у нас превратилась в симуляцию, поэтому многие даже слово выборы пишут не иначе как в кавычках. Однако ещё Уинстон Черчилль говорил, что демократия – ужасная форма правления, но все остальные ещё хуже. Демократия – это разумный механизм, работающий в большинстве развитых стран. При ней граждане, социальные группы и бизнес отстаивают свои интересы не путём подковёрных игр и коррупции, они делают это в публичном поле, через выборные механизмы, через политические структуры. В Екатеринбурге, городе с серьёзными демократическими традициями, к сожалению, сейчас много «шума из ничего», а осмысленной и стратегичной политики очень мало.

– В противостоянии у Театра драмы ценой вопроса был сквер или что-то другое?

– Там «заискрили» сразу несколько социальных конфликтов, на которые власть, увы, не обратила должного внимания. И это привело к гражданскому противостоянию. Во-первых, конфликт вызвало то, что люди посчитали себя обманутыми властью, которая втихаря провела «общественные слушания» и поставила горожан перед фактом. Мэр в первые дни так и сказал: «Все решения приняты, будем исполнять». Именно об этом и говорил президент, когда указывал на необходимость провести настоящее согласование с гражданами, а не принимать градостроительные решения за их спиной.

Во-вторых, не секрет, что благосостояние людей несколько лет, мягко скажем, не растёт. И жизнь их лучше не становится. А тут ещё эти несвоевременные реформы: пенсионная, мусорная, налоговая... И каждая из них вынимает денежку из кармана россиянина. На этом фоне ежегодно богатеющие крупные предприниматели открыто заявляют о том, что построят храм за три с лишним миллиарда «в подарок городу». Многие сочли это не благотворительностью, а бесцеремонностью и показухой. Было бы гораздо лучше, если б храм строился как «народный» и на него жертвовали все жители города, а не только самые богатые.

В-третьих, проявился конфликт верующих и атеистов. Антиклерикальные настроения в обществе, особенно среди молодёжи, были всегда, но в последние годы они стали усиливаться. Обострение началось с крайне неудачного, на мой взгляд, закона об оскорблении чувств верующих. Кроме того, все помнят историю, как житель Ирбита, оскорблённый премьерой фильма «Матильда», врезался на УАЗе с газовыми баллонами на борту во входную группу ККТ «Космос». Тогда чудом никто не погиб. И когда выяснилось, что сквер у всех горожан забирают в пользу православных, это многим не понравилось.

Все эти общественные «травмы» очевидны, и власть должна их уметь лечить или хотя бы не провоцировать обострения своими непродуманными решениями. Тогда скверные истории не будут повторяться.

– А силовики действовали правильно?

– Силовики исправляли ошибки политиков. У людей в форме задача – охранять общественный порядок. В определённый момент ситуация начинала выходить из-под контроля, и они были вынуждены применять силу. Где-то, конечно, перестарались. Но насилие – это не аптечные капли, его точно по рецепту не отмеришь.

Опрос бесполезен?

– Сегодня мэрия, гордума, общественники готовят опрос по поводу храма. Он всё ещё нужен?

– На мой взгляд, после того, как от строительства в сквере церковь, власть и меценаты отказались, необходимость в опросе отпала. Чиновники, наверное, рассуждают так: президент сказал провести опрос – мы и проводим, хотя президент имел в виду только строительство в конкретном сквере. Сегодня всё это вылилось в идею провести опрос, предписывающий меценатам строить храм в конкретном месте. А если они не захотят за свои деньги там строить, то что? Заставлять будут? Просто смешно!

Более того, в опросный лист заявлены площадки, принадлежащие коммерческим предприятиям на праве собственности или долгосрочной аренды. Победившую площадку будут отбирать силой или выкупать за бюджетные деньги? Даже такой важный вопрос, как облик храма, должен решаться не опросом, а профессиональными архитекторами на градостроительном совете. Большинство горожан не разбираются в архитектуре, а ведь мы собираемся строить на века.

– На прошлой неделе Покрас Лампас стал открытием года по версии журнала GQ. Конфликт в Екатеринбурге много тому способствовал?

 – Несомненно. Если бы не дорожные рабочие, его творчество вообще могло остаться незамеченным широкой публикой. Возникла даже такая шутка: Погон Гудрон закрасил Покраса Лампаса. Но основную славу ему создали всё-таки православные активисты во главе с Оксаной Ивановой. Она подняла интересную и важную тему: насколько допустимо использование христианских символов в искусстве. Изображения святых в эпоху Возрождения тоже, наверное, были вызовом общественному вкусу, хотя художники просто возвращались к канонам античности. Полагаю, что у православных активистов того времени творчество художников тоже вызывало серьёзную изжогу. Оксана Иванова – женщина смелая, умная и образованная, и не удивлюсь, если в обозримом будущем она станет серьёзной фигурой в уральской политике. Но хотелось бы пожелать ей научиться смягчать антиклерикальные настроения, а не обострять их.

– Каким образом?

– И верующие, и атеисты должны понять, что у всех есть свои принципы и «красные линии», и надо стараться их уважать. Тогда не будет того, что произошло в редакции французского журнала Charlie Hebdo. Если мы хотим мира и согласия, художникам нужно несколько ограничивать своё воображение и избегать откровенных религиозных провокаций. Хотя меня как христианина супрематический крест Лампаса никак не оскорбил. Как достойный внимания объект искусства я его, кстати, тоже не воспринял.

Вертикаль власти

– Война между городом и областью длилась долгие годы. После выборов 2018 года она закончилась?

– Это была не война, а проявление объективного конфликта интересов. Как пел в своё время Булат Окуджава, «пряников всегда не хватает на всех». Екатеринбург – областной центр, здесь живут самые богатые люди, работают самые прибыльные предприятия. Мегаполис собирает самый большой объём налогов и, естественно, хотел бы тратить их на себя. Но бюджетное выравнивание придумано не дураком, жители отдалённых территорий тоже должны жить достойно. Губернатор и областной минфин всегда следили, чтобы соблюдался баланс интересов города и региона. Однако и желание властей города выбить для Екатеринбурга побольше денег тоже оправданно и похвально.

– Но конфронтация была?

– Конфликт между городом и областью переходил в острую фазу во время выборов мэра или губернатора и касался по большей части Эдуарда Росселя и Аркадия Чернецкого. Противостояли друг другу два харизматичных и сильных лидера. Таких, как говорится, больше не делают. Но политика была политикой, а люди оставались людьми. Я работал в бюджетном комитете облдумы и заместителем главы города по экономике и финансам и уверяю вас: никто из-за политических вопросов никогда Екатеринбург не гнобил. Кроме того, простых горожан всегда больше интересовали земные потребности: чистая вода, тепло в трубах, нормальный транспорт, дороги... А кто что про кого сказал или написал – дело десятое. Я считаю, даже хорошо, что город и область приглядывали друг за другом. Когда есть реальный шанс «прославиться» в СМИ, чиновники работают более эффективно. Кстати, именно тогда у нас появились первые серьёзные проекты: ДИВС, Храм-на-Крови, метро. Когда в 2016 году замглавы Екатеринбурга Владимир Тунгусов перешёл работать в администрацию губернатора, город окончательно встроился в «вертикаль власти». В общем, если конфликт не личностный, а по существу, по серьёзным вопросам жизни города, то ничего плохого в нём нет. Хотя можно, конечно, работать и в полном согласии.

– Но был скандал со «списком Тунгусова»…

 – Был, и он привёл к тому, что команду «коллективного Чернецкого» свергли. Сегодня мэрию покидают её последние представители, и Александр Высокинский формирует свою команду. Чья команда окажется лучше – я пока судить не готов, прошло слишком мало времени.

– Как полагаете, «серый кардинал» ещё вернётся?

 – Думаю, что к Владимиру Георгиевичу данное словосочетание неприменимо, но он заслуженно долгие годы был лидером городской команды. У нас не так много политиков, которые настолько тонко чувствуют процессы в городе, области, стране. На самом деле, когда мэр Высокинский сегодня «борется с Тунгусовым», он воюет с собственною тенью. Думаю, Владимир Георгиевич не радуется своему поражению, но я уверен, что им не движет ни жажда мести, ни желание реванша. Если его навыки и компетенции понадобятся городу или области, я буду только рад. И всё же я мало верю, что он вернётся.

– В соцсетях вы как-то призвали Высокинского «спуститься на землю, снять корону и честно поговорить с людьми». Что имелось в виду?

– То, что нужно завязывать с пиаром и имитацией близости к простому народу и реально озаботиться городскими проблемами. Сегодня PR-блок мэрии двигает тему «города в огне», убеждает горожан, что городу мешают жить и развиваться враги, что во всех городских бедах виноват Тунгусов или кто-то ещё. Но это говорит только об их желании побыстрее освоить «военные» бюджеты.

Нет у Высокинского никаких врагов. Все его ошибки и просчёты – его собственные. Глава нашего города увлечён построением красивого имиджа, стремится модно выглядеть, удачно фотографироваться, совершает бесконечные и бессмысленные объезды и приёмы «простых граждан», режет бесчисленные ленточки, открывает переходы и остановки, обнимает детей и красавиц... Всё это я вижу ежедневно, а желания заняться решением реальных проблем города нет. Понятно, почему глава и его замы ничего не успевают! Они же постоянно на мероприятиях! Представьте, что гендиректор какой-нибудь крупной торговой сети с многочисленной свитой объезжает все свои тысячи магазинов, лично встречается с покупателями, проверяет работу сотен подрядчиков и тут же раздаёт поручения подчинённым... Сегодня это работает не так. МФЦ и портал госуслуг, кстати, придуманы, чтобы люди меньше встречались с чиновниками. Чиновников мало кто любит, а кое-кто и ненавидит. Нормальные люди просто хотят решить свои проблемы, а вовсе не лично пообщаться с мэром, тем более что они за него даже не голосовали. Для работы с жалобами и обращениями граждан требуются хороший колл-центр, удобный сайт и приём специалистов профильного подразделения в удобные людям часы. Для оценки векторов развития, болевых точек и проблем нужны социологические опросы, фокус-группы и экспертные советы. Для приведения в чувство обнаглевших подрядчиков есть суд и правоохранительные органы. Так что я говорил вовсе не об увеличении количества объездов и приёмов, а об искреннем интересе городской администрации к проблемам города и горожан. Чтобы вопросы не забалтывались, а решались. Я бы посоветовал Александру Геннадьевичу успокоиться и начать делать свою работу.

 Свет в конце тоннеля

– Множество конфликтов сегодня начинаются в соцсетях, а потом выливаются в оффлайн. Это веяние времени?

– Наверное. Пост, твит или сообщение в телеграмм-канале – самая оперативная реакция на то, что происходит. Но бороться с этим смешно. Когда власть судится с не совсем адекватными авторами из соцсетей, это дискредитирует саму власть. На мой взгляд, это от неуверенности в себе, внутреннего понимания, что власть «не дорабатывает». Если человек нарушает общественный порядок (ударил полицейского или другого человека, разбил витрину или сломал скамейку), его, конечно, можно задержать, но за слова и плакаты бить людей не следует. Кстати, в Екатеринбурге раньше никогда не было массовых силовых задержаний, полицейские всегда были спокойны и просто охраняли общественный порядок. Но сквер стал исключением из этого правила. Формально закон о демонстрациях и митингах сегодня очень жёсткий, и если люди не отреагировали на требование полиции разойтись, «винтить» можно всех. Но надо ли это делать?

– Вы согласны, что Ельцин Центр – «рассадник либерализма»?

– Ну да, «рассадник», но в этом нет ничего плохого. А Храм-на-Крови тогда «рассадник православного консерватизма». Людей нельзя осуждать за убеждения, граница между либералом и консерватором находится внутри каждого из нас. В культурном отношении Ельцин Центр делает для города очень много, нам с ним очень повезло.

– Возможна ли сегодня в России революция, подобная Октябрьскому перевороту?

– Если это бы случилось, то страна была бы экономически и социально отброшена на десятилетия назад. К счастью, этого не будет. Люди, которые сегодня выходят на улицы, в большинстве своём не призывают кого-то свергать, они идут добиваться от власти уважения, компетентности и честности. Люди сравнивают нынешнюю жизнь с «сытыми» нулевыми, когда многие впервые поехали за границу, пришли в новые торговые центры, нашли новую высокооплачиваемую работу. Появлялись новые возможности, было ощущение, что не только вся страна, но и каждый человек движется вперёд. Сегодня чиновники бодро рапортуют, заседают на форумах и конференциях, рассказывают о прорывах и величии. А в реальности люди за последние годы не стали жить лучше. Поначалу власти говорили: надо потерпеть, это санкции, это непростая обстановка в мире, это коррупция виновата, «денег нет, но вы держитесь». Вот проведём модернизацию с инновациями и заживём. Теперь и этого не говорят. Но всё же Россия пока живёт неплохо, поэтому никакой революции не будет.

– Последние выборы показали рекордно низкую явку…

– Да, в Орджоникидзевском районе она составила чуть выше 11%. Но тот, кто не ходит на выборы, вообще не должен обижаться на власть. Люди считают, что политика – это скучно, неинтересно, бессмысленно. А потом оказывается, что всё решают без них, и они начинают возмущаться. Винить в данном случае нужно только себя! Да, выборные механизмы в России, мягко скажем, далеки от идеала. Но это как английский газон, который необходимо поливать и стричь двести лет. Демократии нужно учиться самому, учить своих детей, тогда через пару десятилетий мы получим что-то, более-менее напоминающее цивилизованную политическую систему.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество