(обновлено )
Примерное время чтения: 9 минут
129

День студентов на Урале: жизнь на стипендию, «Лолита» и вино из кастрюли

Евгения Гаева / «АиФ-Урал»

Столицу Урала уже много лет называют студенческим городом. Сегодня в различных вузах и колледжах мегаполиса учится порядка 140 тысяч человек. В День российского студенчества о своих университетских годах «АиФ-Урал» рассказали известные жители Екатеринбурга, которые учились в разные эпохи.

Бесконечный драйв

Кандидат философских наук, депутат гордумы Екатеринбурга Константин Киселёв (УрГУ, УрГЮА):

- 25 января – святой день для всех, кто был студентом. Время моей учёбы пришлось на в 80-е – начало 90-х, и это был бесконечный драйв и творчество. Университет научил нас думать, быть свободными, избегать стереотипов. Мы не боялись авторитетов, спорили с Кантом и Гегелем. Всю жизнь буду помнить своих учителей: покойных Льва Когана и Леонида Фомина, ныне живущего Юрия Ершова, с которым я порой полемизирую. Мы достаточно уверенно чувствовали себя в финансовом плане, потому что постоянно подрабатывали. В студенческие годы я работал грузчиком, собирал мебель, ремонтировал обувь, хватался за всё. Сегодня стремление заработать часто превалирует над учёбой и наукой, но мы умудрялись много читать! Для меня в то время было нормой прочесть две книги в день.

При этом мы успевали «отрываться». Полагаю, что тогдашним студентам позволялось больше, чем нынешним. Однажды девочки забыли нас поздравить с 23 февраля, а мы в «отместку» устроили им шикарный праздник: юноши и девушки сидели на четвёртом этаже университета и пили вино из кастрюли. Слушали «Битлз», «Роллинг Стоунз», «Ласковый май», пели шедевры авторской песни. Я был заядлым туристом и уже тогда объехал весь Советский Союз – от Владивостока до Калининграда, причём значительную часть страны – на велосипеде!

Жили на одну стипендию

Доктор филологических наук, профессор Леонид Быков (УрГУ):

- К моей большой радости, для меня студенческая пора не закончилась до сих пор, хотя я окончил университет более полувека назад. Учился во второй половине 60-х, и тогда студенты, конечно, были другими. Внешне молодые люди сегодня гораздо свободнее и раскованнее, хотя, в случае необходимости, могут мгновенно «застегнуться на все пуговицы». Но если говорить о внутренней свободе – наше поколение было более органично.

Обычная стипендия в те годы составляла 35 рублей, повышенная – 45, при этом многие мои сокурсники жили исключительно на неё! На нынешнюю стипендию едва ли можно протянуть даже несколько дней. Для нас, филологов, особую статью расходов всегда составляли книги. В то время они стоили чрезвычайно дёшево, примерно как билет в кинотеатр или обед в студенческой столовой. Сегодня я, профессор, далеко не всегда могу позволить себе приобрести нужное издание. А тогда я покупал книгу и лишь потом выяснял – нужна она мне или нет. Но хорошие книги были в огромном дефиците, их нужно было доставать. За ними охотились. Был чёрный рынок, где за несколько детективов можно было обменять, например, томик Пастернака. Иногда я шёл на хитрость: если студентом я заходил в магазин и видел нужную мне книгу, а денег не было, я брал её и прятал за сочинения классиков марксизма-ленинизма. А через день-другой доставал её оттуда, шёл на кассу и всегда вызывал удивление продавцов.

Безбашенное время

Режиссёр-документалист Андрей Титов (УрГУ):

- Для меня студенчество неразрывно связано с лихими 90-ми. Это драки со студентами горного института, первый крепкий алкоголь, разбавленный горячей водой (холодной в общаге постоянно не было), «комки» (киоски), где работали мои товарищи-студенты (их постоянно грабили). Это было дурное, непредсказуемое, безбашенное время, и мы стремились ему соответствовать. Иногда за те годы становится стыдно, но чаще всего – весело!

Уже с третьего курса я работал больше, чем учился, но всегда буду благодарен нашим преподавателям за живое общение, за доверительный характер тех отношений. Студентов и педагогов не разделяла зачётка, они были нашими старшими товарищами. А наш университетский курс не рассыпался до сих пор, 90% поддерживают добрые отношения, мы встречаемся ежегодно. Нас спаяли КВН, учёба, общие творческие задачи. Сильно сомневаюсь, что нынешние студенты способны на такую крепкую дружбу. Знакомый преподаватель рассказывал, что сегодня даже к третьему курсу его подопечные могут не знать в лицо своих сокурсников! В наше время такое и представить себе было нельзя…

Праздник «по-взрослому»

Художественный руководитель «Коляда-театр» Николай Коляда (ЕГТИ, Литинститут):

- В начале 70-х я приехал из деревни поступать в Свердловское театральное училище, и для меня всё было в новинку: огромный город, театр, люди. Во время учёбы образовалась компания из трёх друзей: я и две девочки. Как-то 1 сентября мы решили «по-взрослому» отметить начало учебного года. Пошли на старое Ивановское кладбище и попробовали там напиток под названием «Рубин». Когда возвращались в общежитие, смеялись, падали, куролесили. После этого всю нашу троицу прозвали «порубиновцы».

В 80-х, во время учёбы в Литературном институте, мы, студенты, также много веселились и дурачились. Кричали друг другу: «Ты гений! Нет, ты гений!» Ссорились, мирились, спорили, читали рукописи. Однажды кто-то принёс сфотографированный текст «Лолиты» Владимира Набокова. Помню, как всю ночь читал и чуть не сошёл с ума от счастья. Потом я две недели пропускал занятия и два раза полностью перепечатал роман. Это была самая главная учёба в моей жизни, каждое слово Набокова я буквально потрогал пальцами. А через пару дней «Лолиту» стали продавать на Кузнецком мосту с лотков! На третьем курсе я написал пьесу «Игра в фанты», которую поставили сто театров. Стал богатым и знаменитым, и за это меня возненавидел весь Литературный институт!

Пижонские усы обеспечивали скидку

Доктор педагогических наук, заслуженный деятель науки РФ Август Белкин:

– Студенчество – золотое время. Главное – использовать его разумно. Сегодня, оглядываясь назад, могу сказать, что сделал единственно верный выбор. Но не сразу. Вообще, в 1948 году я сначала поступил в юридический институт, но из Минска позвонил дядя и вместо поздравления отрезал: «Только не юридический!» Перечить старшим в семье было не принято, поэтому я покорно забрал документы и отнёс их на исторический факультет  Свердловского педагогического института, поскольку история не просто была предметом моего интереса – я её обожал. Так дядя определил мою судьбу, за что я ему благодарен.

Сегодня часто говорят, что лишь немногие студенты – будущие педагоги – имеют искренний интерес к выбранной профессии. Но и в наше время было точно так же. Однако я хотел быть хорошим педагогом, поэтому учился прилежно, тем более что учёба давалась мне легко. Да, математиком я был никуда негодным – этот предмет мне давался с трудом, а вот историю и литературу изучал с радостью.  Так или иначе, институт я окончил с красным дипломом. Но это не значит, что я был заучкой. Я, бывало, прогуливал скучные лекции или гонял на них балду. Но при этом запоем читал, пропадая в библиотеке до самого её закрытия или покупая книги.

Книги тогда были очень дорогие, но я регулярно ходил на толкучку, где одна женщина продавала не новые издания. Я был тогда франтом, с пижонскими усиками, думаю, это сыграло свою роль в том, что она продавала мне книги за полцены. К четвёртому курсу у меня собралась приличная библиотека. Тогда я как раз женился на своей школьной (и на всю жизнь) любви, и книги были моим главным «приданым».

Понятно, что женатому студенту была нужна подработка. Я начал от общества «Знание» читать лекции по международному положению. И, кстати, у меня это отлично получалось, во всяком случае аудитория часто аплодировала стоя. За лекции я получал хорошие по тем временам деньги – 125 рублей: 75 рублей шли мне, 50 – в общество. По количеству прочитанных лекций я был рекордсменом, в месяц доходило до двадцати, поэтому и получал прилично.

Как-то, помню, отправили меня с лекцией в тюрьму. Её начальник посмотрел подозрительно: «Что-то ты не похож на студента. А ну, покажи документы!» Протягиваю: «Студент, век свободы не видать». Больше ко мне вопросов не было.

Кстати, отдыхать мы, студенты, тоже любили. Часто устраивали вечеринки у кого-нибудь в квартире. Предавались веселью, танцевали, целовались в укромных уголках, травили анекдоты. Но в анекдотах я был не мастер, поэтому рассказывал анекдотические случаи из истории – их принимали на ура. А вообще, откровенно говоря, душой тех компаний были студенты, прошедшие войну. У нас на курсе было 13 фронтовиков – вот уж красавцы! Да… тогда в пединституте больше половины студентов были – парни. Не то что сегодня.               

Кстати
День российского студенчества (Татьянин день) отмечается 25 января. Считается, что в этот день в 1755 году императрица Елизавета подписала указ об открытии Московского университета. С 2005 года является в РФ официальным праздником.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах