1429

Седой Урал. Какие богатства таит в себе наш уникальный край?

Вместо метеорита – мышиная нора

Ольга Маслова, АиФ-Урал: Дмитрий Алексеевич, к сожалению, не все екатеринбуржцы знакомы с вашим музеем. Можете немного рассказать об истории его создания?

Дмитрий Клейменов: Музей наш имеет большую историю – не так давно мы отмечали 75 лет. Основан музей в 1937 году. Тогда, в преддверии 17 Международного геологического конгресса, перед уральскими геологами была поставлена задача – представить перед делегатами конгресса богатства Урала и достижения советской геологии за 20 лет. В течение года со всех уральских месторождений собирали образцы минералов, руд, горных пород – все это сконцентрировалось вот в этом здании на улице Куйбышева, которое было специально построено именно для этой выставки. Отбирали, конечно же, самое лучше! Эта выставка переросла в постоянно действующую экспозицию и получила название "Уральский геологический музей".

С этого времени лучшие образцы дарились нам. В результате в учреждении собрана уникальная коллекция, а творцы этой коллекции – наши уральские геологи, первооткрыватели месторождений и просто рядовые геологи – выпускники Горного института. Всегда, когда они встречали какой-то необычный образец, у них первой возникала мысль, что надо принести его в музей.

– Сколько экспонатов на данный момент под покровительством вашего учреждения?

– Всего наши фонды насчитывают порядка 300 000 экспонатов – достаточно весомое собрание. Как не проваливаемся в подвал – не знаю. Но это наше богатство, поскольку многие месторождения отработаны, а образцы руд и минералов у нас сохранились. Это позволяет предоставить специалистам уникальный материал, которого в том месте, где он был найден, больше не раздобыть. Конечно, изучают они его неразрушающими методами. Вот и выходит, что, кроме прочего, у нас здесь обширная научная база для исследований. Конечно же, наша задача отойти от рамок специфического научного, академического музея. Нам хочется сделать музей интересным и доступным не только студентам и специалистам, но и для широкой публики.

К нам приводят и школьников, и всех гостей города – это уже хорошая, сформировавшаяся традиция, но мы на этом не останавливаемся, создаем яркие экспозиции, которые являются своеобразной изюминкой, привлекающей всеобще внимание. Вот, например, год назад на Урале произошло знаменательное событие – падение Челябинского метеорита. Мы тут же собрались и отправились в экспедицию на место падения. Только подъезжаем, тут же, радостные, находим отверстия в снегу, ну, думаем, все – с кулак фрагменты! Копаем, копаем – вот пошел овес какой-то, оказалось - мышиная нора! Пока научились распознавать, как отличаются метеоритные лунки, прошло достаточно много времени. Но мы все-таки собрали коллекцию и сделали интересную выставку. Сейчас к нам проходит много посетителей, стремящихся посмотреть именно эти артефакты. Но это все-таки нечто неземное, как говорится, и этим направлением занимается космическая геология.

Сейчас в музее экспонируется уникальная коллекция фрагментов Челябинского метеорита. Фото: Из личного архива редакции «АиФ-Урал» / Автор фото: Ольга Маслова

Залетел кусочек Марса

– А что же позволяет понять эта космическая геология?

– Как, например, мы можем проанализировать породы с Марса? Сейчас там марсоход "Кириосити" находится, присылает анализы состава грунта. Как только оттуда пришел материал, ученые сразу же смогли выделить определенную группу метеоритов, которые по составу отличаются от остальных. Их состав полностью идентичен составу пород Марса. То есть в свое время они были выбиты с его поверхности, летали в космосе, орбиты этих обломков пересеклись с нашей планетой, и они упали в виде метеоритов. И сейчас у нас есть возможность подержать в руках фрагменты марсианских пород!

– Нам, слава Богу, хватает и своих земных уникальных экспонатов, ведь Урал так богат на находки!

– Вообще существует две гипотезы происхождения богатств Урала, одна из которых научная, скучная: столкнулись две литосферных плиты, образовался вулканический пояс, вздыбились высокие горы – это все было 300 миллионов лет назад. Горы постепенно разрушились, а те полезные ископаемые, что были внутри, вышли на поверхность в виде таких вот месторождений. А есть гипотеза более романтичная: Господь Бог, когда Землю создал, летал над ее поверхностью, рассыпал полезные ископаемые, а вот над Уралом мешок с этими сокровищами порвался! Все богатство высыпалось в виде такого Каменного Пояса.

Камень «расскажет» о прошлом Урала

– Дмитрий Алексеевич, что такого уникального можно увидеть в стенах вашего музея, если говорить о конкретике?

– Например, на третьем этаже у нас находится коллекция полезных ископаемых и поделочного камня, центральный зал которого посвящен яшме. Пока ремонт до этой части музея не добрался, но зато мы еще можем походить по паркету, по которому расхаживали наши известные гости: Мао Цзэдун, Индира Ганди, Хо Ши Мин. К слову, Индире Ганди очень понравился один из образцов, который, по ее мнению, похож на голову собаки. Знаете, обычно эта порода очень пестрая по окраске, из нее выделают разновидность – так называемые, пейзажные яшмы, те, в которых можно увидеть какой-то пейзаж. Но вот у нее было свое видение. Есть у нас очень необычная сургучная яшма, по цвету похожая на сургуч. Стоит сказать, что в каждом месторождении яшма по расцветке своя – уникальная. Есть не только та, что применяется в создании декоративных ценных вещиц, но и та, что применяется в качестве технического материала, из которого делают специальные ступки для растирания лекарства.

Среди прочих есть у нас в музее и другой уникальный экспонат – кристалл, у которого мы поспорили с французской актрисой Катрин Денев во время ее визита в Екатеринбург, когда она посетила наш музей. Всем казалось, что он искусственно обработан - и действительно, так он видится любому человеку. На самом же деле кристалл полностью природный – это уникальный, раритетный желтый берилл под названием гелиодор. Напомню, что мы с вами знаем другую разновидность берилла – изумруд. Для нас очень интересен и внутренний мир камня. То есть, глядя на этот кристалл, мы можем восстановить условия его роста, который происходил 300 миллионов лет назад.

– И благодаря этому можно узнать, как формировался наш край?

– Конечно же! Из таких вот маленьких кирпичиков и создается общая картина, мозаика. А если уж разговор зашел о мозаике, то нельзя не упомянуть малахит. Замечательные глыбы малахита у нас на Урале находили. Их пилили на тонкие плиточки и обклеивали им основу – отлитые из чугуна вазы и столешницы. Мало кто знает, но цельную вещь из него сделать, к сожалению, нельзя. Камень этот очень пористый, содержит всяческие включения. Таким образом, уральские мастера обманули природу – разработали этот способ оформления малахитом декоративных вещиц. Кстати, малахит, найденный на Урале, пошел в свое время на облицовку Исакиевского собора и Малахитового зала в Эрмитаже.

В музее побывала во время своего визита в Екатеринбург и Катрин Денев. Фото: www.ugm.ursmu.ru

Не ценим свою культуру?

– Что касается уникальных коллекций, метеориты все-таки не каждый день падают. И как привлечь зрителя в такой музей, который находится ближе к научному, чем к развлекательному?

– Мы не так давно ввели новые направления – мастер-классы для детей. Есть у нас минералы, которые издавна использовались в качестве пигментов, то есть минералы яркоокрашенные. При их измельчении получается порошок, который смешивался с яичным желтком и благодаря этому получалась темпера – минеральная краска. Такое вещество использовалось в наскальной живописи, потом в традиционной иконописи, написании фресок и так далее. Кстати, сейчас современные иконы также пишут подобными красками. Этот метод выдержал испытание тысячелетиями! Как поведут себя наши современные, химические краски, через сто лет, всем известно – все осыплется, облупится. И вот мы для школьников проводим такие вот необычные творческие занятия – они у нас берут яркоокрашенный минерал, измельчают его и краской из этого порошка рисуют картины.

Причем картины непростые – мы им вместо холста или бумаги даем срез камня. Работы получаются удивительные! Стоит сказать, что эти минеральные краски привлекали внимание и знаменитых художников. Например, минерал зеленого цвета волконскоит, названный в честь Петра Михайловича Волконского, был очень любим Пабло Пикассо. У него был даже «зеленый период» творчества – часть картин он писал при помощи этого вещества. Кстати, с помощью добавления порошка мрамора можно создавать различные тона, таким образом, мы создаем целую палитру этих красок.

– Ну а вообще такие мастер-классы наверняка не только творческая составляющая, но и привлечение ребят к истории родного края, к узнаванию его богатства?

– Конечно же! У нас культура камня на Урале долгое время была на очень большой высоте! Вспомните сказы Павла Петровича Бажова – его «Малахитовую шкатулку». Начиная с 18-го века многие ученые со всего мира приезжали к нам, чтобы изучить богатство Каменного Пояса. Сейчас, к сожалению, эта культура сильно ослабла, что не может не печалить, ведь уральцы начинают забывать о том, на какой земле мы живем, а дети могут и вовсе этого не знать. Я вообще считаю, что образ Бажова нужно активно продвигать, сделать его полноценным брендом нашего края. Скажем, поставить в Екатеринбурге большую и красивую скульптуру Серебряного Копытца, Хозяйки Медной горы! А мы что видим? В центре города стоит памятник Майклу Джексону! Ну какое отношение он к нам имеет? Или вот герою сериала Гене Букину – смешно.

Мы, конечно, пытаемся поправить угасание интереса к истинной культуре нашей земли – создаем, разрабатываем специальные геолого-минералогические маршруты для всех желающих. Теперь уральцы, посмотрев наши музейные коллекции, могут выехать на природу, посетить наиболее интересные и знаменитые месторождения Уральского региона. В роли экскурсоводов у нас выступают, естественно, специалисты Горного университета.

Когда к нам приходят иностранные гости, их поражает, что в одном месте, в пределах небольших Уральских гор, сосредоточены настолько разнообразные месторождения: это и самоцветы, это и железные руды, и медные руды и еще множество полезных ископаемых – действительно уникальные, не имеющие мировых аналогов провинции. Мы все должны об этом знать, ведь гордость за свой край – одна из причин любви к нему, желания остаться здесь, а не бежать в столицу или за границу.

В 2014 году Уральский горный университет отмечает 100-летия со дня основания. И в планах на этот год – проведение реконструкции геологического музея, создание уникального туристического комплекса, который позволит принимать большой туристический поток.

В музее оживут рассказы Мамина-Сибиряка

– Многие люди уверены, что камни, как живые существа, имеют свою энергетику. Не бывало ли в вашем музее каких-то необычных происшествий, связанных с этой темой?

– Говорят, экспонаты наши живы, и, наверное, в этом что-то есть. Мы, конечно, с научной точки зрения подходим к ним, но был у нас необычный случай. Однажды на выставке одна женщина долго ходила между рядов наших экспонатов, была очень задумчива. Женщина совершенно обычная, прилично одетая. В один из моментов она взяла в руки образец малахита, и ее начало трясти – как будто ударило током. Когда ее спросили, в чем дело, она ответила, что немного экстрасенс и чувствует, как от этого камня исходит очень мощная сила. Видимо, и правда есть что-то такое, что недоступно нашему обычному научному взору, то, что открывается только таким вот людям.

– Что касается ваших образовательных мероприятий, все-таки насколько охотно люди на них откликаются? Или уральцы уже давно погрязли в пучине пустых развлечений, не желая открывать для себя что-то новое?

– Вы знаете, менталитет меняется, то вместе с ним меняются и приоритеты. Провождение своего времени только за компьютерными играми, как молодежь сейчас делает, оно постепенно изживает себя. К нам часто приходят взрослые люди, которые были связаны с геологией в юности или заинтересовались ей только сейчас, а затем пытаются привлечь к этому делу и своих детей. Всегда же приятно из похода принести какое-то материальное свидетельство, например кристаллик граната или горного хрусталя, поэтому, когда во время такой вылазки человек посещает какой-то геологический объект, это особо привлекательно. Одно дело - с горы за природой понаблюдал, и совершенно другое – сам добыл какую-то ценную, красивую вещицу.

И мы пытаемся отвлечь молодежь от компьютеров, привести к нам. И знаете, им действительно интересно. Мы стараемся внести игровой момент в посещение нашего музея. Например, удивительные свойства минералов – вот взяли, к примеру, слюду, одну нагрели – ничего не произошло, а слюду вермикулит, которая содержит воду, подвергли такому же воздействию, и тут уже другая реакция – содержащаяся в ней вода переходит в состояние пара, и минерал начинает раскрываться наподобие книги. Увеличивается кусочек такой слюды до 40 раз! Конечно, у них глаза круглые сразу. Постепенно вот этот лед начинает таять, как говорится.

И на «Ночь музеев» у нас очень большое количество посетителей. Сделаю небольшой анонс: в этом году к акции мы подготовили несколько программ, одна из которых будет посвящена 200-летию открытия рассыпного золота на Урале. Прямо в музее мы воссоздадим некие живые картинки по рассказам Мамина-Сибиряка, проведем костюмированное представление, а затем, когда стемнеет, мы покажем экспозицию святящихся в темноте минералов – те, которые светятся под действием ультрафиолетового изучения. Они начинают гореть всеми цветами радуги, переливаться, при том что в обычном освещении это достаточно невзрачный камень.

В этом году на акции «Ночь музеев» в стенах этого учреждения обыграют 200-летие открытия рассыпного золота на Урале. Фото: Из личного архива редакции «АиФ-Урал» / Автор фото: Ольга Маслова

Иноземные бактерии- всего лишь фантастика

– Если снова вернуться к теме Челябинского метеорита. Не раз наши читатели задавали такой вопрос – неужели так безопасно тут же, после падения, контактировать с инопланетным телом? Видимо, сказываются фантастические фильмы, но какова вероятность нахождения в его недрах, скажем, опасной для человека бактерии?

– Это всего лишь черные, оплавленные камни, о которых кто-то может сказать, что они радиоактивны. Возраст метеорита 4,6 миллиарда лет, за это время любое радиоактивное вещество просто распадется. Естественно, ни радиоактивности, ни каких-то бактерий быть не может. Это вещество к тому же долгое время находилось в среде, где отсутствует кислород, и вот оно резко, с шумом, громом, свечением, попало на Землю.

– Вы рассказывали о том, что наш уральский малахит был использован в оформлении Исакиевского собора и одной из комнат Эрмитажа. А в какие еще сферы проникли наши находки?

– У нас на Урале геологи открыли месторождение особо чистого кварца, а кварц – это ключ к компьютерным технологиям, как раз тот самый кремний. В чем уникальность этого месторождения? Кварц имеет вид сахара, его так и называют – сахаровидный, гранулированный кварц, он образуется после перекристаллизация, во время которой кристаллики отчистились от примесей, поэтому он имеет очень высокую чистоту. Мы говорим о Кыштымском месторождении гранулированного кварца. Оно сейчас служит рудой для выращивания искусственным кристаллов, которые потом идут в радиоэлектронику. Так что мы везде вложились.

Монеты из платины

– Когда музей только создавался, наверняка его коллекцию было проще пополнить какими-то уникальными предметами. Теперь же, когда у вас огромнейшая коллекция, каких-то уж очень редких музейных экспонатов, не считая метеорита, ждать не приходится?

– Да, в этом тоже есть проблема. Вот сейчас даже выезжаем на объект и, уже профессионально глядя на образцы, понимаем, что взять нечего, потому что у нас экспонаты гораздо лучше. В 90-е годы, когда поднялся железный занавес, многое поменялось. Если раньше коллекции часто обменивались, то затем ценность образцов сразу стала высока, образцы почти перестали просто так дариться. Люди стали пытаться продавать такие находки. Правда, сейчас дарители, большинство из которых окончило наш вуз, еще есть, за что им огромное спасибо. Открою вам маленькую тайну: один выпускник нашего Горного университета к 100-летию вуза передал нам уникальную коллекцию, в которую входит свыше 140 образцов. Оценочная стоимость ее превышает миллион рублей. Сейчас мы готовим эти образцы к экспонированию, оформляем и скоро откроем выставку.

– Что касается драгоценных камней и металлов – насколько опасно их хранить и экспонировать?

– Для таких экспонатов у нас в музее существует особенная сейфовая комната. Там, конечно же, много элементов безопасности: зарешечены стены, много рубежей сигнализации, все-таки ответственность за такие объекты большая. Кроме того, существует ряд актов, которые регламентируют сохранность таких вещей, например, на ночь все должно убираться в сейфы и так далее. Да, мы обладаем уникальной коллекцией и золота, и изумрудов, и александритов, но для широкой публики мы не всегда их представляем. Для школьников, правда, часто делаем исключение, потому что у ребят сразу же загораются глаза.

Что касается нашей сокровищницы в сейфовой комнате, то в ней представлена масса уникального материала. Один из них на первый взгляд непригляден, ничего привлекательного в этом металле нет, и когда его нашли, назвали «серебришко». Презрительно так, даже не серебро, а серебришко. А сейчас ценят дороже золота. Это платина. Научились ценить платину только в 19-м веке. Добывали на Урале ее много, а что с ней делать – не знали. По предложению министра финансов Е.Ф. Канкрина, из чистой платины чеканили монету: 3, 6 и 12 рублей. Сейчас эти монетки – нумизматическая ценность.

Для особо ценных объектов, драгоценных камней и металлов в музее существует особая сейфовая комната. Фото: Из личного архива редакции «АиФ-Урал» / Автор фото: Ольга Маслова

Золото меняет людей

– Говорят, у вас и золота большая коллекция?

– Коллекция золота, что можно увидеть в нашем музее, очень долгое время собиралась инженером Александром Петровичем Смолиным. В 30-х годах ХХ века перед ним было поставлено условие: или он передает свое собрание в институт и музей или коллекция реквизируется. Он предпочел передать музею. На этих образцах воспитывались целые поколения геологов – поисковиков и добытчиков драгоценного металла. Оно здесь представлено таким, каким его можно найти в природе, чтобы у человека был наметан глаз.

Не все люди могут спокойно реагировать на вид золотых самородков – у некоторых начинаются непроизвольные движения, «сносит крышу» (смеется). Но для нас, геологов, это просто один из минералов.

– О золоте и правда известно достаточно печальных историй и легенд, а есть ли какие-то необычные легенды о ваших камнях?

– Еще одна интересная коллекция нашей сокровищницы – собрание аметистов. Аметист в переводе с греческого означает «не опьяняющий», или «камень трезвости». Считалось, что его можно проглотить, выпить сколько угодно вина и не опьянеть или кинуть этот камешек в бокал с вином – эффект будет тот же, вино утратит свою силу. В одну из «Ночей музеев» у нас оживали легенды. Мы взяли бутылку вина, алкоголь заменили на виноградный сок, запечатали, после чего, уже на глазах публики, девушка в красивом фиолетовом одеянии вынимает пробку, кидает внутрь кристаллик аметиста, разливает по бокалам и раздает посетителям. Все пить боятся, немного пригубили и поняли, что это уже не вино, а сок! Женщины тут же подали голос: «Дайте нам этот камешек, мы мужьям его подсовывать будем!». Пришлось объяснять, что это всего лишь легенда.

Богатства добыли – края родного лишились

– Богатства, конечно неисчислимые и ценные, но порой в погоне за ними предприниматели забывают обо всем. Слышала, что даже жилые дома проваливаться начинают из-за глубоких шахт, люди остаются без крыши над головой.

– Наглядный пример - Березовское месторождение. Там золото копают уже в течение почти 270 лет, большое количество шахт создано. Сейчас еще в чем проблема? Рудник действует, это старейшее горнодобывающее предприятие России, но если он перестанет работать, то нас ждет не самая приятная ситуация – прекратится откачка воды. Это значит, что подземные воды поднимутся очень высоко и затопят старые выработки – настоящая экологическая катастрофа.

Правда, сейчас уже существуют некие стандарты ведения такой работы, подразумевающие рекультивацию. Если уж создается какой-то карьер или шахта, то после окончания отработки человек должен убрать за собой. Другой вопрос, что в нашей стране часто регламенты не соблюдаются. Взять, например, во внимание заводы, которые иногда сперва обещают «блюсти» экологию, но вместо этого мы получаем отравленную землю и воду. Но к чести крупных уральских горнодобывающих компаний следует сказать, что они вкладывают значительные средства в решение экологических проблем. Когда мы будем также подходить к сохранности своей родной земли, как за границей, тогда, действительно, мы будем лишены очень серьезных проблем.

– Что в таких случаях нам остается делать?

– Подход надо менять. У нас предприниматели за деньгами предпочитают больше гнаться, чем обращать внимание на то, что остается после отработки. Надо понимать, что мы живем в этом месте не вечно, его надо будет передать следующим поколениям. Например, когда мы заезжаем на территорию Башкортостана, сразу замечаем другой подход: чистое все, кругом красота. Местные жители всем миром выходят на субботники, собирают мусор, который из машин на дороги накидают, то есть у них вот эти старые, хорошие советские начинания продолжаются. Ну а мы что? Надо ценить то, чем мы владеем, потому что, потерявши, мы будем расстраиваться очень сильно. Надо успевать.

Необходимо делать больше просветительских мероприятий. У нас в Екатеринбурге работает клуб «Уральские рудознатцы», руководитель которого Николай Беленков организует экологические акции – собирает школьников, и они все вместе идут чистить старую копь или берег озера.

Чтобы не потерять свои сокровища и свой родной край до конца, к их спасению нужно привлекать юное поколение. Фото: www.ugm.ursmu.ru
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах