aif.ru counter
642

(У)бьёт – значит любит? Домашнее насилие в семье – практика для России

Средний Урал выступает за принятие закона о профилактике домашнего насилия, почему его до сих пор не приняли и что показывает опыт Казахстана – в материале URAL.AIF.RU.

«Мне было жутко рисовать на себе синяки и ссадины… Я бы не хотела видеть себя такой. И никому не пожелаю!» – написала участница флешмоба «#ЯНеХотелаУмирать» из Екатеринбурга. Она, как и все уральцы, поддержавшие всероссийскую акцию, уверена: проблему домашнего насилия не решить только силами общественных организаций.

Частный случай

«Ни на секунду не задумываясь, подписала петицию о необходимости принятия закона о профилактике домашнего насилия и приняла участие во флешмобе, – рассказывает Ирина Белова (имя изменено. – Ред.) из Екатеринбурга. – Потому что через этот кошмар прошла моя семья. Я рисовала на лице кровоподтёки, делала селфи, выкладывала в Сеть фотографии с хэштегом «#ЯНеХотелаУмирать» и плакала. Я помню, как с такими же следами «воспитания», всячески пытаясь их замаскировать, ходила мама. А отец, выместив на ней свой гнев «на жизнь в целом», цинично заявлял: «Ладно, Тонька, не держи обиду, знаешь ведь: бьёт – значит любит». Мне страшно об этом вспоминать, но я, маленькая девочка, всерьёз продумывала план избавления от этого животного. Бог прибрал его раньше, предотвратив возможную трагедию. Не так давно я спросила маму, почему она «не выносила сор из избы»? Говорит, было стыдно, да и кто бы стал разбираться в частном случае…»

Частный случай. Именно так до сих пор оценивают «войны», которые ведутся за закрытыми дверями, очень многие: поборники безусловного патриархата, политики, полиция, власть. Иначе как объяснить, что закон о профилактике домашнего насилия принят в 146 странах, а в России его не могут «протолкнуть» в течение 20 лет?

«Не нахожу объяснения, если честно, – говорит психолог Екатеринбургского кризисного центра для женщин и детей, пострадавших от насилия в семье, «Екатерина» Ольга Селькова. – Этот закон принят практически во всех странах СНГ. У нас его отклоняют и отклоняют. Но он работает! Приведу пример. В Казахстане закон о профилактике домашнего насилия был принят три года назад, и в течение первых двух лет тяжесть преступлений, связанных с домашним насилием, снизилась на 40%. И дело не только в охранном ордере, который получает жертва. Дело в том, что в этом законе прописана работа всех ведомств, структур, которые так или иначе вовлечены в профилактику домашнего насилия. Этот закон – спасение жизни, это правда!»

До сих пор в Свердловской области (как, впрочем, и в России) не ведётся отдельной статистики по преступлениям, связанным с насилием в семье, так что всех масштабов трагедии мы не знаем. Кроме того, в криминальные хроники «преступления на бытовой почве» попадают, как правило, когда речь идёт об убийстве или нанесении тяжких телесных повреждений. Всё, что «полегче», остаётся за кадром, в том числе и потому, что многие жертвы жестокости мужей продолжают считать «кулачные разборки» частным случаем и не верят, что кто-то может их защитить.

«Ушёл, чтобы не бить»

«Горькая шутка «убьёт, тогда звоните» по-прежнему актуальна, – говорит Ольга Селькова. – Да, мы работаем с полицией, проводим обучение: на что обращать внимание, как профилактировать рецидив и так далее. А потом… приходят новые сотрудники, и надо всё начинать сначала. Но мы же общественная организация, мы не можем работать только на полицию. И вообще, силами общественников проблему не решить, в этом должна быть заинтересованность государства».

По словам общественников, домашнее насилие – проблема, распространяющая множество «метастаз». Дети, растущие в семье, где тирания – норма жизни, становятся инициаторами (или жертвами) буллинга, а в будущем они будут проецировать жестокость уже на собственные семьи. Кроме того, хроническое домашнее насилие приводит к тому, что жертва, вынужденная себя защищать, сама становится преступницей.

Специалисты центра «Екатерина» совместно с ГУФСИН России по Свердловской области провели исследование в ИК-6 среди женщин, подвергавшихся насилию в семье и позже убивших своего мужа (это 33% всех осуждённых за убийство!). Выдержки из интервью с ними говорят сами за себя: «За последний год 20 раз вызывала полицию. Они его забирали, заявление писать не предлагали», «В сентябре прошлого года три раза писала заявление, но мер не приняли, только, когда уже… И только здесь я узнала, что и как. Они должны были что-то предпринять!», «Он сказал, что сначала убьёт меня, потом моих выродков, что ему ничего за это не будет! И, как всегда, ему ничего и не было. Сколько раз я его ни сдавала в милицию…»

По мнению общественников, закон о профилактике домашнего насилия, помимо всего прочего, расширил бы возможности работы и с самими насильниками. Сегодня же в Свердловской области единственный в России проект психологического сопровождения осуждённых за такие преступления реализует совместно с психологами ФСИН центр «Екатерина». Как справляться со своими эмоциями, управлять гневом – эти и другие навыки, по мнению специалистов, помогут предотвратить рецидив, ведь рано или поздно эти люди вернутся в общество и, возможно, создадут новые семьи. Психологи рассказывают, что их работа не проходит даром, и приводят пример, как один из их «подопечных», осуждённых условно, не так давно «отчитался»: «Снял квартиру, ушёл от неё, чтобы не бить».

Следующий этап проекта – работа в колонии строгого режима. Уголовные дела мужчин, осуждённых за убийство жён, по большому счёту надо бы почитать адептам поговорки: «Бьёт – значит любит». В ней достаточно добавить всего одну букву…

Сорвать маску!

Анна Кирьянова, психолог, философ, писатель:

– Агрессор – опасная, но трусливая особь, на которую должна быть управа. Как бы это ни казалось странно, сравню домашних насильников с интернет-троллями. Последние – агрессивные хамы – вымещают на окружающих злобу, оскорбляя, обесценивая людей. Подло, анонимно. С них давно пора снять маски!

Эти психологические садисты на самом деле очень схожи с домашними насильниками, с той лишь разницей, что семейные тираны вымещают свою злобу на близких людях, которые зависят от них, которые уязвимы и часто беззащитны. И как во внешне приличном человеке не распознать гадкого тролля, так же умело (мастерски!) маскируются и домашние агрессоры. У них всегда находится масса заступников: «Что вы! Такой уважаемый человек!», «Никогда не поверю! Как не стыдно наговаривать на этого душевного человека». Никому и в голову не придёт, что этот «душевный» человек искусно врёт и дома распоясывается. Опасная особь! 

Что можно противопоставить абьюзеру? То же, что вы предпримете, например, против соседа или незнакомца, который подошёл ни с того ни с сего и влепил вам оплеуху. Алгоритм простой: снимете побои, напишете заявление в полицию. А там пусть решают: если он с ума сошёл – пусть полечат, а если дал по уху умышленно – накажут. Вот для того, чтобы этот алгоритм работал, и нужен закон о профилактике домашнего насилия. Всего-то! И никаких велосипедов изобретать не нужно. 
И, кстати, этот закон отсеет тех женщин, которые эксплуатируют свой «статус» жертвы, на самом деле не желая ничего предпринимать. Всё просто: если в вашем доме пожар, вы вызываете пожарных и пытаетесь спастись. А если сидите, ничего не предпринимая… Вольному воля.

Штраф… из бюджета семьи

Лариса Лазарева, президент общественной организации по содействию семьям, попавшим в трудную жизненную ситуацию, «Аистёнок»:

– Предполагалось, что закон о декриминализации домашнего насилия будет способствовать улучшению обстановки. На деле же получилось с точностью до на­оборот. И это неудивительно – безнаказанность «поощрила» агрессоров. Вроде как нанесение побоев в первый раз, по сути, «не считается», а во второй раз… Поди докажи, что был первый, собери сама доказательную базу, сними побои, призови свидетелей. Да и что грозит насильнику? Отработка энного количества часов на благо государства или штраф, который выплачивается из… бюджета семьи. Знаете, мои коллеги в Шотландии не сразу понимали вопрос: «Что вы делаете, если женщина, пострадавшая от насилия в семье, оказалась на улице?» Не оказываются они на улице! Им государство (!) сразу же или снимает жильё, или определяет их в кризисный центр. Причём если этот центр содержит общественная организация, то государство ей за это платит деньги. В принципе, так и должно быть.

НА ЗАМЕТКУ
Если вы стали жертвой домашнего насилия или к этому есть все предпосылки, следуйте главному правилу: «увеличить дистанцию». Иными словами, уходите из дома, спасайте свою жизнь и жизнь своих детей! Почти всегда найдутся те, кто может предоставить вам временное убежище: родственники, друзья, коллеги по работе. Помните, просить помощи не стыдно! Укрывшись от агрессора, вы можете обратиться за помощью и консультацией по следующим телефонам: • 8 800 300 11 00 – областной круглосуточный телефон доверия и психологической помощи; • 8 800 300 83 83 – телефон доверия для детей, подростков и их родителей. Внимание: все звонки на телефоны доверия, в том числе междугородние, бесплатные! • 8 952 146 22 23 – кризисный центр «Екатерина» для женщин и детей, переживших насилие в семье. Звонки принимаются с 12.00 до 17.00, в понедельник, четверг и пятницу. Также полезную информацию вы можете найти на сайте центра.




Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Урал лето украл. Как пройдут последние выходные августа?
  2. Источник заразы. Как избежать контакта с паразитами в еде?
  3. Как построить несокрушимую компанию? Семинар Ицхака Адизеса в Екатеринбурге
  4. Опасный сезон. Как не отравиться лесными грибами?

Самое интересное в регионах
Роскачество