aif.ru counter
11.08.2012 20:13
АиФ-Урал
86

Рейдерские кошмарики, или Новые способы отъема имущества

Черный передел

История с земельным участком вблизи Екатеринбурга, на привлекательных землях Белоярского района, началась в 2011 году. Спустя несколько месяцев – весной 2012-го – она попала в поле зрения общественности. И еще как попала! Общий смысл информационной артподготовки был в следующем: казахские власти через подставную компанию «Коперник» из Сибири подобрались к Белоярской АЭС, выкупив хранилища сернистого иприта у военных. Для отвлечения внимания общественности этого было вполне достаточно. Однако умело состряпанные из артефактов однозначные выводы стали пеленой для банального передела собственности. 

Речь идет об участке земли 97 га в Белоярском районе, на котором ранее располагалась в/ч 19091, ликвидированная в 1998 году, сейчас принадлежащая вышеупомянутому ООО «Коперник». История началась с того, что в конце 2011 года начальник Уральского юридического института МВД РФ Александр Гук обратился в прокуратуру Орджоникидзевского района с заявлением о проверке соблюдения законности отчуждения государственного имущества, проданного еще в начале 2000-х: комплекса зданий и земельного участка, ранее предоставленных УрЮИ МВД. Прокуратура рассмотрела заявление и обратилась в Белоярский суд с иском о признании права собственности Российской Федерации на данные объекты. Одновременно с обращением в суд в СМИ появился ряд статей, «объясняющих» эту ситуацию. Материалы носили ярко негативный характер. Публикации пестрели прогнозами химического заражения живописных окрестностей Екатеринбурга. 

Вот одна из таких статей: «…военные объекты под Екатеринбургом попали в частную собственность. Теперь на этих земельных участках строят коттеджи, передает корреспондент «Нового Региона».

«Химически-активные» коттеджи

На Среднем Урале набирает обороты история с возможно незаконным строительством коттеджей на землях оборонного значения в пригороде Екатеринбурга. По крайней мере, в Антикоррупционном комитете по Свердловской области уверены, что строительство коттеджей сопровождалось злоупотреблениями со стороны должностных лиц. Более того, в организации располагают соответствующими документами. Речь идет о земельном участке... На нем расположены 11 объектов недвижимости войсковой части № 19091. Прежде здесь располагались ракетные шахты, причем два из 11 зданий классифицировались как подземные хранилища химического оружия (!) с наименованием «Хранилище 1 БИС» для отравляющего серного иприта. Рядом расположены отвалы, в которых, по некоторым данным, проводились радиоактивные испытания для Белоярской АЭС».

А вот еще одна, где говорится вот что: «...особо секретное оборонное имущество России оказалось в залоге у АО «Народный сберегательный банк Казахстана» по зарегистрированной в ФРС ипотеке! «То есть объекты и земля, находящиеся в непосредственной близости от Белоярской АЭС, фактически оказались под контролем иностранной финансовой структуры, что не может не угрожать безопасности государства», – указывает председатель Антикоррупционного комитета по Свердловской области Леонид Андреев». И это далеко не самые шокирующие «факты».

Неудивительно, что, рассмотрев обстоятельства дела, 29 мая 2012 года Белоярский суд вынес решение об удовлетворении иска. Казалось бы, правда восторжествовала, однако по мере развития события начали выглядеть несколько иным образом. Мы не ставим задачу рассмотреть юридические аспекты (это дело суда, и исключительно суда, и в настоящий момент подан целый ряд апелляций, весьма критически оценивающих решение суда первой инстанции), нам хотелось бы рассмотреть общую ситуацию вокруг данного вопроса. 

В материалах судебного дела имеются документы, свидетельствующие о том, что продажа участка проходила по распоряжению и с согласия руководителя МУГИСО Голубицкого, первого заместителя МУГИСО Молоткова, заместителя МУГИСО Лысенко, заместителя министра обороны генерал-полковника Косована, начальника строительства, инженерно-технического обеспечения и расквартирования ВВС генерал-лейтенанта Чечета, начальника УрЮИ генерал-майора Демина. Возможно, все эти люди в должностях и погонах не являются авторитетами для прокуратуры Орджоникидзевского района, раз ее сотрудники спустя 10 лет (???) после вывода имущества из статуса военного вышли в суд с требованием «восстановить справедливость». 

В то же время в материалах дела как констатация факта проходит информация, что постановлением главы Белоярского городского округа (!!!) площадь земельного участка войсковой части 19091, находящегося в федеральной собственности, уменьшена со 104 до 99 га! Т.е. генералы и министры неправомочны что-то решать, а глава администрации района легко уменьшает федеральную собственность на 5 га. Почему? 

Оказывается, на упомянутой территории в 5 га находится дачный кооператив. Но вот что удивительно: к его существованию на оспариваемой территории у прокуратуры вопросов нет. При этом следует отметить, что инициаторами создания дачного кооператива и его членами стали бывшие руководители упомянутой войсковой части, расположенной на участке. И, видимо, их либо не смущало соседство с химическими залежами и радиоактивными отвалами, либо эти залежи и отвалы являются плодом чьего-то воспаленного воображения. Последнее подтверждается рядом экспертиз: на участке неоднократно проводились экологические изыскания, которые – кто бы сомневался! – не обнаружили никаких следов иприта, радиации и следов радиоактивных испытаний.

Короткая память, или Бубновый интерес 

Однако в земельном деле есть ряд прелюбопытнейших нюансов. Вот один из них. Прокуратура вышла с иском в суд с подачи начальника УрЮИ, который в ноябре 2011 г. обратился в прокуратуру с заявлением о проверке законности отчуждения имущественного комплекса. Казалось бы, это совершенно объяснимое действие, когда в организацию приходит новый руководитель и начинает разбираться, что наворотили его предшественники. Однако начальник УрЮИ Александр Гук вступил в должность в июне 2004 года и уже проверял принимаемое хозяйство. Более того, после этого проходили неоднократные плановые проверки КРУ, но никаких нарушений ни ревизоры, ни сам начальник Гук не увидел. Так что же побудило его заинтересоваться участком (к тому же, как мы помним, «отравленным») через 7 лет после оспариваемых событий? 

Разгадка, как всегда, ближе к деньгам, чем к здравому смыслу. Представляется такой вариант развития событий. ООО «Коперник», являясь собственником участка, с 2007 года вело подготовительную работу по его освоению и застройке. В 2008 году в связи с экономическим кризисом работа была приостановлена и возобновилась в недавнее время. Для организации работы на местном уровне была привлечена некая фирма, базирующаяся в Белоярском районе. Оценив масштаб предстоящей работы, руководство фирмы сделало «ход конем». Замысел был прост: «С чего это мы будем работать на подряде, когда можно попытаться «отжать» у лохов участок и реализовать проект самим?» Вооруженное этой бизнес-идеей руководство фирмы, вероятно, вступило во взаимодействие с УрЮИ и дружественными силовиками, результатом чего явился иск прокуратуры Орджоникидзевского района в Белоярский суд. Если следовать рейдерской логике, то все становится на свои места.  

Классическая рейдерская атака всегда базируется на трех китах: дружественные силовики, информационная поддержка и ангажированный суд. В данном случае информационная поддержка осуществляется небезызвестным так называемым Антикоррупционным комитетом Свердловской области во главе с ранее судимым Леонидом Андреевым. Этот комитет организовал целый ряд публикаций в СМИ. Помимо изложения полученной (по их собственным утверждениям, от источников в силовых структурах) информации по сути дела, в публикациях содержатся страшилки о ракетных шахтах, сернистом иприте и неких отвалах, в которых проводились радиоактивные испытания для Белоярской АЭС.

Никакой критики эти страшилки не выдерживают. Во-первых, ракетные шахты предназначены для размещения стратегических ракет, а таких под Свердловском не было никогда. Во-вторых, сернистый иприт – это не ящик с патронами, который можно закрыть под замок и поставить прапорщика охранять. Химическое оружие хранится исключительно в спецхранилищах. В соответствии с российско-американскими соглашениями в России реализуется программа ликвидации химоружия, финансируемая США и находящаяся под контролем конгресса, и данные о складах химоружия находятся в свободном доступе. В России имеется 8 специализированных арсеналов – склады в городе Камбарка и поселке Кизнер в Удмуртии, в поселке Горный Саратовской области, в селе Покровка Самарской области, в городе Щучье Курганской области, в поселке Леонидовка Пензенской области, в селе Марадыково Кировской области и в городе Почеп Брянской области. В Свердловской области таких объектов нет и не было.

По поводу радиоактивных испытаний для Белоярской АЭС – перед глазами так и встает картина, как на объект, поближе к Екатеринбургу, под покровом тьмы пробираются злые ученые с АЭС и начинают чего-то радиоактивно испытывать. Что именно? Проводить небольшие ядерные реакции в чистом поле, в 15 км от Екатеринбурга? Вообще-то любые ядерные исследования и испытания проводятся на сложнейшем инженерном оборудовании в специализированных центрах (Арзамас-16, Челябинск-70 и т.д.), а никак не на каких-то непонятных «отвалах» под боком мегаполиса.

И наконец, финальный аккорд – имущество, расположенное неподалеку от Белоярской АЭС, находится в залоге у иностранной финансовой структуры, что создает угрозу безопасности государства! То есть злокозненные казахские спецслужбы с помощью казахского Сбербанка получили базу для проведения подрывной работы как против России в целом, так и против Белоярской АЭС в частности?! В чьей голове родился весь этот бред? Кому пришло в голову придумывать, что на одном объекте размещены и ракетные шахты стратегического назначения, и склады химоружия, и какие-то отвалы для радиоактивных испытаний, и, наконец, казахские шпионы?

Все эти страшилки не нужны ни прокуратуре, ни суду, потому что уж что совершенно однозначно можно сказать про эти структуры, так это то, что они отталкиваются исключительно от фактов и документов. Конечно, факты и документы можно по-разному интерпретировать, но это уже другой разговор. Единственное логичное объяснение этим фантазиям – это попытка заинтересованной коммерческой структуры, выступающей инициатором рейдерской атаки, придать в общем-то стандартному юридическому разбирательству глобальный масштаб, запугать как обывателя, так и всех причастных к этому делу, внушить мысль, что во избежание каких-то кошмарных, катастрофических последствий все это имущество необходимо срочно изъять у нынешнего собственника. 

Теперь зададимся вопросом об ангажированном судье. Посмотрим, как обстоит дело в данном случае. В ходе рассмотрения судебного дела судья отказывается удовлетворить целый ряд заявлений и ходатайств ответчиков по истребованию информации, свидетельствующей о законности совершенных действий. Протокол судебного заседания по принципиальным вопросам расходится с аудиозаписью процесса. Расхождения были настолько вопиющими, что ответчики обратились с судебным иском об исправлении протокола. И наконец, пикантная деталь: до получения судейской мантии судья трудилась дознавателем в системе МВД. К этой же системе принадлежит и Уральский юридический институт, начальник которого Гук А.И. и выступил инициатором судебного процесса…

В итоге получается интересная, но неприглядная картина – просматривается кооперация действующих силовиков, ранее имевшего проблемы с законом Леонида Андреева, ангажированного суда. При этом г-н Андреев невольно выдает реальный интерес участников рейдерской атаки к делу, заявляя: «В Антикоррупционном комитете по Свердловской области уверены, что строительство коттеджей сопровождалось злоупотреблениями со стороны должностных лиц». На самом деле на данный момент на участке не построено и даже не начато строительство ни одного коттеджа. Однако сладкие мечты о строительстве, крепко сидящие в голове участников рейдерской компании, невольно выползают наружу в результате таких оговорок.

Рейдерская логика 

Однако если пользоваться логикой права, то возникают весьма неприятные вопросы. Во-первых, почему откровенно игнорируются все сроки давности, а дело пересматривается спустя много лет при наличии добросовестного и законопослушного правоприобретателя? Во-вторых, почему прокуратура не интересуется судьбой тех самых 5 га, отчужденных решением главы Белоярского района? (Ответ, к слову, на поверхности: вероятно, потому, что они уже освоены и на них не заработаешь.) В-третьих, еще раз вспомним про судью (кстати, если посмотреть информацию, имеющуюся на сайте Свердловского областного суда, то можно увидеть, что немало решений этой судьи по земельным вопросам отменены вышестоящей инстанцией, что красноречиво говорит о ее компетентности и объективности).

Таким образом, под лозунгом защиты интересов Российской Федерации и укрепления обороноспособности страны происходит банальная рейдерская атака с использованием силового ресурса.

Насчет интересов государства. Фактическая сторона дела состоит в том, что в начале 2000-х годов объект не нужен был никому. Войсковая часть ликвидирована еще в 1998 году. Участок перешел в ведение КЭЧ-2, на нее легли заботы по его охране и содержанию. У военных не было никакого желания беспокоиться о вообще ненужном им имуществе, и они с большим удовольствием уступили его УрЮИ. УрЮИ его принял, однако так и не придумал, для каких целей его использовать, так и не получил бюджетное финансирование на его содержание и совместно с МУГИСО, по согласованию с МВД, оформил документы по его продаже. Как говорится в Федеральном законе РФ «О прокуратуре Российской Федерации», прокуратура РФ осуществляет свою деятельность «в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства».

Отсюда первый вопрос: чьи интересы защищает прокуратура Орджоникидзевского района в этом деле? Российской Федерации, как указано в заявлении в суд? Но Российская Федерация как государственное образование во всех отношениях представлено какой-то своей уполномоченной структурой (МИДом во взаимоотношениях с иностранными структурами, ФРС в вопросах регистрации недвижимого имущества и т.д.). Министерства обороны? Но войсковая часть, эксплуатировавшая оспариваемое имущество, давно ликвидирована. Уральского юридического института? Но в материалах судебного дела имеется заявление представителя УрЮИ о том, что данное имущество институтом не использовалось. Интересы Свердловской области? Но имущество области никогда не принадлежало.  

Второй вопрос: задумывались ли инициаторы иска о правовых последствиях изъятия имущества у нынешнего собственника? Поскольку все оспариваемые прокуратурой действия по продаже госимущества осуществляли госорганы, действия по возврату имущества осуществляют также госорганы, то вся вина за возможные последствия также будет лежать на государстве. Государство столкнется с целым рядом исков по возмещению ущерба (причем, учитывая участие в процессе иностранной финансовой структуры, суды будут проходить в международном арбитраже, исходя из общепринятых правил международного делового оборота). Думается, судьи в Стокгольме немало удивятся и позабавятся, увидев, что Российская Федерация в лице прокуратуры Орджоникидзевского района оспаривает:

а) действия Российской же Федерации в лице МУГИСО, уполномоченного действовать от имени РФ;

б) действия государственного же УрЮИ;

в) действия Российского фонда федерального имущества, являющегося агентом Российской Федерации по распоряжению госимуществом;

г) документы, подписанные руководителями Министерства обороны РФ, Министерства внутренних дел РФ;

д) правомочность сделок с имуществом, неоднократно зарегистрированных государственной ФРС.

И все это происходит спустя 9 лет.

Участок находится в залоге у Народного сберегательного банка Казахстана по кредитному договору на сумму около 12,5 млн долларов. В случае выбытия предмета залога в балансе банка образуется дыра в размере суммы кредита и такой же суммы, зарезервированной под кредит в резервах ЦБ, – итого 25 млн долларов. Кроме того, ООО «Коперник» 5 лет выплачивало проценты банку по ставке 16%, что за 5 лет составило 20 млн долларов. Итого 45 млн долларов (!!!) только прямых исков, не считая взыскания уплаченных налогов, упущенной выгоды и т.д. И это все помимо репутационных издержек, связанных с изъятием собственности через 9 лет после первичной продажи, неминуемого дипломатического скандала, ухудшения общего инвестиционного климата и т.д.  

Третий вопрос: кто будет оплачивать все эти суммы в случае более чем вероятного признания международным арбитражем вины РФ в нанесении финансового ущерба иностранной организации? Инициаторы иска – УрЮИ и прокуратура Орджоникидзевского района? Вряд ли. Бюджет РФ? Согласован ли этот вопрос с Министерством финансов? Или расходы лягут по месту нахождения истца – на бюджет Свердловской области? Будет ли рад такому подарку губернатор? 

Так в чьих же интересах действует прокуратура Орджоникидзевского района?

КОМУ ЭТО НАДО?

P.S. Последний вопрос 

Сложилась абсурдная ситуация, в которой задействовано множество госструктур: прокуратура, Уральский юридический институт, МУГИСО, теруправление Госимущества, Российский фонд федерального имущества, Министерство обороны, МВД, ФРС, и одни из них оспаривают действия других, совершенные 9 лет назад, причем в конечном итоге все это может обернуться весьма существенными финансовыми издержками для государства. Может быть, ответственным руководителям имеет смысл собрать представителей всех заинтересованных ведомств, разобраться в вопросе и принять взвешенное решение, действительно отвечающее интересам общества?

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество