aif.ru counter
17.04.2013 16:27
51

По 12 часов в сутки девочка штопала шинели фронтовиков

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 16. «АиФ-Урал» 17/04/2013
Фото Антуфьевой Елены

Стала умирать

Самое страшное воспоминание из детства у Нины Петровны - чудовищный голод. Глава семьи Павловых ушел из жизни еще до начала войны, а 1942 году умерла Нинина мама. В частном доме, который тогда стоял в районе нынешнего Пионерского поселка, 11-летняя девочка осталась одна. Ее пытались пристроить в детский дом, но Нина от «казенного учреждения» категорически отказалась.

- Помню, чтобы не замерзнуть, ходила к железной дороге, стояла там по пояс в снегу, ждала, когда сердобольные машинисты выкинут мне на ходу немного угля, - вспоминает Нина Петровна. - Тем и топила печь. Однажды у меня дом обчистили, почти все вынесли. Пришлось тюфяк себе делать, набила тряпичный мешок сухой травой. Но самое тяжелое время настало, когда у меня вытащили из сумки продуктовые карточки. Голодала я очень, в голове одна мысль была - кушать, кушать, кушать… Пыталась ковырять на огороде мерзлую картошку, оставшуюся с осени. Но некоторое время я держалась, даже полы в доме скребками чистила регулярно до белизны - к чистоте и порядку меня еще отец приучил. А потом совсем обессилела. Легла в холодной избе на кровать и стала умирать.

Спасла от смерти Нину соседка, приметившая необычную тишину и темноту в доме Павловых. Женщина забрала девочку к себе, накормила лепешками из запасенной лебеды. Эта нехитрая еда показалась Нине тогда изысканным лакомством. Соседка работала в швейной мастерской, развернутой на территории воинской части, туда она и отвела Нину.

До победного…

Девочку определили в штопальный цех. Там женщины и подростки латали шинели, доставленные в Свердловск с фронта. Начальник цеха спросил истощенную девочку: «Иголку-то умеешь в руках держать?». Она пожала плечами: «Не знаю».

- Научилась я быстро, - рассказывает Нина Петровна. - Мы, дети, работали по 12 часов, выходные были редко. Шинельное сукно суровое, поддавалось с трудом. Все пальцы у меня были исковерканы иглой. Но я была рада этой работе, представляла, как починенные шинели согреют наших солдат, которые бьются за Родину на фронте с фашистами. Представляла, что таким образом и я участвую в общем деле освобождения страны от захватчиков. И потом меня же на довольствие поставили, кормили в столовой. Скудно, конечно, но каждый обед для меня, знающей, что такое настоящий голод, превращался в пир. А уж когда нас отправили на разгрузку яблок, вообще праздник был. Разрешили ими полакомиться сколько душе угодно.

В мастерской Ниночка проработала вплоть до самой Победы. Узнала о ней ранним майским утром.

- Часов у меня не было - чтобы пойти на работу, я просыпалась, когда коров гнали на выпас, - рассказывает Нина Петровна. - Однажды просыпаюсь - нет коров. Перепугалась не на шутку, думала - опоздала, проспала. Бросилась бежать, подлетаю к мастерской, а там все на улице веселые. Я извиняться, а мне: «Дурочка, войне же конец!».

Еще какое-то время Нина поработала в мастерской, а потом поступила в ФЗО, выучилась на токаря. «К швейному делу меня больше не тянуло», - смеется Нина Петровна. 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество