aif.ru counter
01.02.2012 13:03
73

«Я до сих пор надеюсь…»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 5. «АиФ-Урал» 01/02/2012
Фото:

Пятнадцать лет назад она начала искать своего сына, пропавшего без вести в Чечне.

А в итоге объединила всех уральских матерей, переживающих такое же горе, и они уже ищут всех ребят, безвестно канувших на Северном Кавказе. «Иначе и быть не могло», - говорит гость «АиФ-Урал», руководитель группы родительского поиска Свердловской области Римма Перепелкина.

Обмен не состоялся

- Вы меня простите, Римма Петровна, что придется говорить на тяжелую для вас тему.

- Ничего. Столько уже пережито, столько мы перестрадали. Володя полтора года в Елани отслужил. Последнее, что он нам сказал, - они в Ростове-на-Дону, в учебной части. Письма писали: «Москва 400»… Помню, к нам пришли его друзья. Они в Елани вместе служили, а потом их пути разошлись. Оказалось, не просто так пришли… Они были в Чечне, безрезультатно искали Володю в его части. Увидели конверт, адрес, не смогли солгать, говорят: «Это Чечня». Тогда у нас с мужем закралось сомнение. Мы побежали во все инстанции, в военкомат - никто ничего не знает. И только через месяц пришло официальное письмо из части о том, что Володенька пропал без вести во время военных действий…

- Формулировка, оставляющая надежду.

- Конечно. Она была всегда. И когда мы прошли все инстанции, вплоть до самых-самых высоких, и после того как три месяца жили в Чечне, опросили огромное количество людей, после всех поисков. Рада, я до сих пор надеюсь…

Сначала мы искали сына всякими письмами-обращениями везде-везде-везде. А потом мы собрались с мужем в Грозный. Когда я увидела все своими глазами - город, словно после Сталинградской битвы, - я ревела, как маленький ребенок. Знаешь, я вдруг тогда почувствовала вину.

Прожили мы там три месяца и искали, искали, искали… Пошли по организациям - общественным, государственным, и в тюрьмах были, и в лагерях военнопленных, нас сводили с разными людьми. А в его части мы выяснили, что самоходку, в которой был Володя, подбили, он из нее выпрыгнул, а когда бежал через дорогу, его подбил снайпер. И все. Больше ничего не известно. Нашли в Чечне ту воронку… Я тогда даже приняла участие в конференции матерей погибших и пропавших без вести ребят в Грозном - собрались и русские женщины, и чеченки. В общем, поиски привели к тому, что нам передали: Володя жив, был ранен, но его выходили, а сейчас готовят на обмен.

Это было весной 1997 года. А в июне мне из комитета по пленным, интернированным и пропавшим без вести, который тогда работал при администрации нашего президента, сообщили, что Володю подали на обмен. Естественно, мы тут же рванули в Москву. Один из офицеров, который поехал в Чечню, сказал: «Римма Петровна, двести процентов - вашего сына привезу». Ждали. Он вернулся ни с чем. Объяснил - обмен не состоялся. С тех пор, Радочка, ничего достоверного мы о Володе не знаем.

Дело чести

- Римма Петровна, как получилось, что, ища своего сына, вы в итоге принимаете участие в поиске всех пропавших в Чечне ребят?

- А как же иначе?! Я ведь педагог, как я могла искать только своего? И горе общее… В 98-м на второй конференции чеченских и российских матерей мы создали миротворческую организацию «Эхо войны». Нам знаешь, что удалось сделать? 124-я лаборатория в Ростове, которая очень активно занималась идентификацией тел наших погибших мальчиков, испытывала финансовые затруднения, а нам удалось выхлопотать ее содержание отдельной строкой в бюджете. Там оставалось много неопознанных тел… И пошла компания по созданию общего захоронения в Ростове. Мы, матери, «воевали» за то, чтобы это кладбище было в центре России. И чтобы вандалы до него не добрались, и чтобы матерям из любой точки страны было удобно приехать. Мы победили. В 2000 году было сделано первое захоронение на одном из подмосковных кладбищ. Причем останки положены в отдельные могилки под номером, а в лаборатории хранится от каждого тела генетический материал.

- Аналогичную организацию вы создали и в области?

- Да, собрала со всей области матерей, у которых ребята пропали без вести в Чечне. Писала письма, потом все встретились. Тогда нас было 25 человек. Сегодня без вести пропавших осталось 16 ребят, остальных захоронили. Горе одно. Но когда ты не один в этом горе, как-то… «легче» - не то, конечно, слово, просто ты не один. И вот с 2000 года 25 сентября мы все едем в Москву, на это кладбище.

Естественно, мы не прекращаем поиски. Работаем плотно и с официальными органами, с министерством соцзащиты, например, с полпредством и т. д. «Союз офицеров запаса» большое дело делает - они обратились к Кадырову с просьбой о содействии в поисках без вести пропавших. И получили положительный ответ. Мы всех подняли. Поддерживаем тесную связь с миротворческой миссией имени Лебедя, а они, в свою очередь, плотно работают с поисковыми группами. Чтобы понятно было, с «копателями». Такая группа есть, кстати, в Челябинске. Они искали в Чечне своего мальчика, а нашли нашего, из Краснотурьинска. В 2000 году его похоронили.

Страшно, конечно, узнать, что твой ребенок не жив… Но все равно это легче, чем вот так… пропал… без вести…

- Как вы думаете, удастся так или иначе найти всех 16 наших ребят?

- Не знаю… Но даже если мы найдем одного, двух, трех - уже великое дело! Я девиз нашей поисковой группе придумала: «Уральцев, пропавших без вести, уральцам найти - дело чести».

Досье:

Перепелкина Римма Петровна родилась в 1932 году в г. Реже Свердловской области. Окончила Свердловский педагогический институт, факультет иностранных языков. Всю трудовую жизнь проработала преподавателем французского языка в УПИ. Награждена медалями «За жертвенное служение», «За ратную доблесть».

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество